Не пара для Его Светлейшества

Кстати, у нас в Хаоре есть костоправ замечательный, говорят и не таких исправляет…

– Хватит! – рявкает явно оскорбленный инквизитор.

А я ведь только начала.

– Хватит так хватит – может чего и неверно рассмотрела. Сами же понимаете – глаза чернилами залило! Я, конечно, черная ведьма, но совсем не хочу, чтобы это было заметно даже на другом конце коридора. Что ученики ваши творят? Неужто по вашим наветам? Или сами такую пакость придумали – скидывать чернильницы на спокойно идущих ведьмочек?! – окончательно прихожу в себя и изображаю расстройство.

Местами истерику. А сама прислушиваюсь, что там на улице творится. Окна-то его кабинета во двор выходят – уж вражеские территории мы с ведьмочками сразу изучили. А значит, когда во дворе начнется что-нибудь, может исам услышать.

– Я р-разберусь… – рычит зло. Злость его непонятно на кого направлена – может на меня. Может на учеников. Впрочем, не важно: за полуоткрытыми рамами выкрики все громче, а звон мечей все явственней.

Начинается, полагаю. Надо еще немного продержаться – и ректора точно позовут на помощь.

– Уж разберитесь, – топаю ногой гневно. Волосами встряхиваю. Несколько капель не застыли еще и летят в разные стороны. Черные пятна на белой стене… прелесть. И подбородок задираю, смело на него смотрю. – Хотя от вас традиция пошла, ведьм-то обижать. Так чего ожидать от тех, кто вам подчиняется?

Я ему на “встречу” намекаю, ага.

Не забыла. Списочек-то ведьмин пополнился в тот день. Сразу на несколько фамилий.

– Всё сказали? – шагает ко мне вплотную.

Глаза чернее ночи от расширенных зрачков, а тронутая загаром кожа лица побелела от напряжения. Его Светлейшество гневаться изволит. Очень. В умении доводить мужиков до белого каления и переворачивать правду так, чтобы наотмашь била, ведьмам нет равных. Подозреваю, что преследовать нас когда-то начали именно за это, а не за магию… Но что поделаешь – натура у нас такая.

И остановиться сейчас что сдаться.

– Не “всё”, – упираю руки в бока, – Перечень претензий ведьм к инквизиторам растет еще со сто тринадцатого года Смутного времени.

Ох, не знаю, до чего бы мы договорились. Вот так, стоя друг напротив друга. Он в этих своих белых кальсонах… И я, с черными потеками на лице и в волосах.