Легенды о Шагающем камне. Курс выживания для наблюдателя

В общем, идет по Лесу Шаймиев с горшком – ему навстречу Путин с воздушным шариком. Принес? – неприятным голосом спрашивает Шаймиев.

Не-а, говорит Путин. Снег кончился. Но есть воздушные шарики.

Зачем мне твои воздушные шарики, говорит Шаймиев, когда я тут с горшком стою. А тебе что там сказали?

Сказали подойти ближе к зиме, говорит Путин.

Елки, говорит Шаймиев. У меня дома та же картина. Не знаю, что делать.

А у вас там не пробовали отстреливать? – спрашивает Путин.

Да говорят, это мало помогает, отвечает Шаймиев, если климат такой.

Надо же, говорит Путин. У меня дома то же самое говорят, я не верю. Не знаю, что делать.

А у вас там сверху не падают самолеты или вертолеты? – спрашивает Шаймиев.

Падают, говорит Путин, как им не падать. И теперь все чувствуют себя гораздо лучше. Правда, говорят, после этого вся задница в репьях.

Надо же, говорит Шаймиев.

Слов нет, снег лучше, соглашается Путин. А мы вообще куда идем?

А тебя куда послали? – спрашивает Шаймиев.

Пусть это останется моим маленьким секретом, говорит Путин.

А, говорит Шаймиев. Мне бы твои проблемы. А то мне стоит только на пять минут выйти из дома, как ваших посылают за мной.

Но это же хорошо, отвечает Путин. Есть, о чем рассказать дома.

Рассказать есть о чем, соглашается Шаймиев, если потом посылки доходят по адресу.

Куда идем мы с Пятачком – большой-большой секрет…

У руссиян таких анекдотов нельзя услышать, там стараются не запоминать их в таком виде. Выбравшийся из западных лесов Винни-Пух, отдающий распоряжения с татарским акцентом, – это катастрофа не только для их бюджета, но и для всей системы местных приоритетов.

Иногда мне задают вопрос, с упреком, как можно столько улыбаться, говоря о самых серьезных вещах. После этого настроение мое становится совсем хорошим. До настоящего дня я мало встречал вещей, серьезных до такой степени, что они исключали возможность побыть немного несерьезным. Когда у человека ничего нет, ему остается только улыбаться.