Принц и нищая

Черная точка в расплывчатом тумане распространилась на все пространство сосуда, пульсируя и наполняя меня восторгом и ожиданием.

Будто отвечала мне.

Будто разговаривала со мной.

Будто ждала что-то от меня.

Но чего?

И я вдруг поняла – полного приятия.

И раскрылась своей магии навстречу, обещая, что больше не буду скрываться. Не буду бояться. Или убегать.

И почувствовала в ответ безусловную любовь и обещание:

«Ты больше никогда не будешь одна».

6

Вечером я подошла к каюте капитана вполне умиротворенная.

Черноволосый поспешно сложил какое-то письмо – можно подумать я позволю себе любопытничать – и странно на меня посмотрел.

Задумчиво?

Жалостливо?

С досадой?

Да что мне за дело до его чувств…

– Продолжим?

Спросила, чтобы хоть что-то спросить. Несмотря на ощущение спокойствия, которое дарили мне, как я предположила, магия и понимание, что я по итогу вполне в состоянии с этой магией справиться – при должных тренировках – я немного нервничала.

Впрочем, как и всегда в присутствии капитана. Но вот сказать ему о своих необычных ощущениях я теперь не решалась. А то опять нарвусь на поглощающий шар или еще какой «топор дровосека».

Или же моя нервозность была связана с чем-то другим?

Слишком глубоко нырнула в суть?  Не доспала?

Странное предчувствие чего-то…

Не знаю. Я отмахнулась сама от себя – это ведь может быть и волнение на море, и усталость, и очередной виток беспокойства и страха за будущее.

Я постаралась сосредоточиться на насущном.

Мужчина выглядел странно задумчивым, когда объяснял мне очередное заклинание, которое мы будем отрабатывать – точнее, он на мне. А ведь сегодня и правда что-то изменилось – он показывал плетения и связки, описывал символы так, будто…

Хм, чтобы я тоже смогла их сотворить?

Он и правда хочет, чтобы я научилась делать поддерживающую сеть?

Что ж, вряд ли стоит отказываться от такого щедрого предложения.

Я жадно впитывала все пояснения, замысловатые слова из книг, снова и снова повторяла фигуры, которые надо было сложить из пальцев. Безотносительно своей стихии, любой маг мог просто обращаться к силе, напитывая ею пространство и воздействуя на невидимые струны или видимые предметы, двигая их или превращая в то, для чего они были не предназначены.