Искупление

Хотелось бы поговорить об этом с Мэри, но есть риск все по неуклюжести испортить.

Управившись с едой, он заказал себе чашку кофе. Всякий раз, когда дверь открывалась, в помещение просачивался холодный воздух. При длительной задержке придется, пожалуй, обзавестись более плотным плащом или пальто. В памяти не так уж далеки были те дни, когда единственной одеждой, которая у него была, это та, что на нем.

Во время очередного глотка где-то вблизи послышался голос:

– Почему-то мне кажется, что он здесь не ради еды.

Декер поднял глаза: рядом с его столиком стоял капитан Миллер. В костюме, но галстук ослаблен. Видимо, как раз шел с работы.

Он сел напротив Декера.

– А я видел Эрла, – сказал Декер. – И его подругу Нэнси.

Миллер медленно кивнул.

– Значит, ты теперь в курсе.

– Знаю, что они разводятся. И выслушал его точку зрения. Но не Мэри.

– Тогда тебе придется спросить ее саму, если ты хочешь. Я тебе это предлагал еще в участке. Ну что, есть какие-нибудь поразительные откровения об этом ресторане с тех пор, как ты был здесь последний раз?

– Кофе все такой же дрянной.

– Что-нибудь еще?

Декер оглядел полупустой зал.

– Зачем Рэйчел Кац до сих пор за него держится?

Глава 16

«Кокон», – подумалось Декеру.

Во время их встречи Рэйчел Кац, прежде чем устроиться поудобнее, скрестила руки и ноги – что примечательно, перед ответом на его более серьезные вопросы. Люди часто им отгораживаются, когда собираются солгать или хотя бы уклониться от ответа.

Словно заворачиваются сами в себя, всех остальных удерживая снаружи. Можно сказать, инстинктивная физическая реакция на людей, хотя и не самый верный признак того, что кто-то лжет. За годы он довольно часто демонстрировал свою точность.

Так в чем же она лгала или уклонялась от ответа?

Этот вопрос он отложил в сторону, так как еще не знал, как на него ответить. Сейчас он стоял перед старым домом Ричардсов. Но смотрел не на него, а на другой, через два дома отсюда.

Это было единственное жилье, в котором все еще обитали люди, жившие здесь на момент убийства. Тогда Декер уже беседовал с ними и с другими соседями; пользы в итоге был жирный ноль. Оставалось надеяться, что на этот раз все сложится более успешно: имелись серьезные сомнения, что одно яблоко удастся угрызть трижды.

– Мистер Дианджело, вы меня не припоминаете?

Дверь открыл лысенький толстячок лет шестидесяти.