Минута до полуночи

– Чтобы добывать бокситы, не нужно спускаться под землю, как в случаях с углем. Это делается прямо на поверхности. Правда, иногда приходится использовать взрывчатку, чтобы добраться до более глубоких залежей. Тим управлял тяжелыми машинами, с помощью которых достают бокситы. Я был менеджером, работал в офисе. Но мы стали друзьями. И ходили в одну и ту же церковь.

– Я слышала, вы занимались вложениями капитала. Необычная смена деятельности после добычи бокситов.

– Я стал однодневным трейдером [14 - Биржевой торговец, осуществляющий операции, не выходящие за пределы одного биржевого дня.

], чтобы заработать денег, у меня хорошо получалось, и в результате я основал собственный инвестиционный фонд. Теперь «Джексон Лайнберри и компаньоны» управляет миллионами долларов, принадлежащих не только мне, но и другим людям. За последние годы нам сопутствовал серьезный успех, благодаря которому я сумел повысить уровень жизни.

– Я думала, парни с такими инвестиционными фондами живут в Нью-Йорке или Калифорнии.

– Благодаря существующим ныне технологиям можно работать откуда угодно. И я живу менее чем в часе езды от Атланты и езжу туда в поисках удовольствий, которые дает культура, и ресторанов; к тому же я держу там свой реактивный самолет, хотя, на крайний случай, есть посадочная полоса в поместье.

– И какой у вас самолет? – спросила Блюм.

– «Бомбардье семь-пятьсот». Он может без посадки долететь отсюда до Москвы.

– Вы собираетесь когда-нибудь отправиться в Москву? – спросила Пайн.

Лайнберри усмехнулся.

– Не вижу для этого ни одной причины, – ответил он. – Я лишь повторяю то, что сказал мне про самолет финансовый директор.

Дверь распахнулась, и появилась женщина в форме горничной с подносом в руках. Она поставила кофе, сливки и сахар на столик перед диваном, положила на него ложечки и вышла.

Пайн и Блюм предпочитали черный кофе, а Лайнберри не пожалел сливок и сахара. Пока он этим занимался, Пайн его изучала. Он был красив, такими бывают пожилые актеры и фотомодели.

Однако что-то в нем показалось Пайн знакомым. Впрочем, она могла видеть его тридцать лет назад.

– Ну, так почему же вы вернулись?

– Моя сестра Мерси.

Его лицо стало серьезным.

– Это было ужасно. Ее ведь так и не нашли, верно?

– Да, вы правы. Вы знаете, что полиция и ФБР подозревали моего отца?

Лайнберри пренебрежительно махнул рукой.

– Тим имел к случившемуся не больше отношения, чем я. Он был опустошен.