Падшие

Насчет моего умения читать людей и видеть то, что другим не под силу.

– Только не повторяй себе это каждую секунду.

Она одарила его довольной ухмылкой:

– Спасибо. Грин обещал, что к завтрашнему дню они подготовят для нас все материалы по делу.

Декера это известие явно оживило:

– Отлично. Может, что-нибудь и всплывет.

Оба ненадолго погрузились в молчание.

– Давно общался с Мелвином? – поинтересовалась Джеймисон.

– Довольно давно. Они с Харпер свалили куда-то в отпуск. Вроде как на Средиземку.

– Я знаю, как вы с ним близки. Наверное, ты мог бы поехать и с ним, но там ведь еще и Харпер… Втроем было бы как-то не с руки. Особенно в тех романтичных местах.

Декер отсутствующе уставился на свою тарелку и ничего не ответил.

– К твоему сведению: возле дома моей сестры есть парк, а в нем – дорожки для бега. Целый маршрут.

Он поднял на нее взгляд:

– И почему мне полагается об этом знать?

– Я знаю, ты молодец, работаешь над собой – действительно здорово вес сбросил.

– Спасибо, что просветила.

Амос глянул в окно на темнеющую улицу. Машин мало. Пешеходов тоже раз-два и обчелся. За исключением этих редких признаков жизни, в центре Бэронвилла перед надвигающейся грозой царило полное затишье. Пока что.

– О чем задумался, Декер?

Он все так же таращился в окно:

– Размышляю, кто же умрет следующим.

Глава 11

Некогда это была шикарная усадьба, чуть ли не целый дворец.

А теперь – просто огромная старая развалюха, которой уже вряд ли придашь былой блеск.

Родом она была из той эры, когда деньги текли рекой, о подоходном налоге никто не задумывался, а мир, в котором каждый знал свое место, жил одновременно и много роскошней, и много скромнее. Ни о какой глобализации тогда и не слыхивали – даже и слова-то такого не было, а информация распространялась черепашьими темпами, отчего подавляющее большинство народу пребывали в блаженном неведении о том, что творится прямо у них за порогом.

Кормильцами и добытчиками были тогда мужчины. Они приходили домой с работы, целовали жен, играли с детьми, курили сигареты, пили пиво, внимали тем же радиопрограммам или телевизионным шоу, что и по всей стране, и укладывались спать, чтобы наутро опять отправиться на работу добывать хлеб насущный – пока женщины занимались примерно тем же самым на домашнем фронте.