Факультет отчаяния

»

Он опустился на колени и принялся шарить ладонями под койкой. Через пару минут комендант, наблюдавший за ним с едва скрываемым подозрением, услышал его торжественный голос:

– А, взгляните-ка вот сюда!

Проклов поспешил в комнатку, но Русаков уже встал во весь рост, сжимая в руке продолговатый предмет клиновидной формы.

– Разрешите…

– Пожалуйста.

Русаков поднёс свою находку к его глазам, но в руки не дал. Сам эксперт так и не снял перчаток.

– Я знаю, что это, – сказал Проклов.

– Я тоже.

– Это ножны.

– Предназначены для хранения клинка с длинным обоюдоострым лезвием, наносящим режущие ранения. Нечто вроде хирургического ланцета, антикварного – сейчас такие не используются.

– В умелых руках смертельное оружие, – добавил отставной прапорщик. – Хоть в рукопашном бою и не самое подходящее. Поверьте, я знаю, о чём говорю.

– Не сомневаюсь. А руки Полякова, по-вашему, умелые?

Проклов задумался. Эта находка, казалось, несколько выбила его из седла, после чего он не торопился делать выводы.

– Вряд ли, конечно. Мне он казался обыкновенным заморышем. Но если с такой штукой напасть на противника сзади и, пользуясь эффектом неожиданности, поразить, то большой физической силы для этого не требуется.

Русаков был вынужден согласиться с его суждениями.

– Вы ведь знаете Полякова не один год. По-вашему, он на это способен?

– Да кто ж его знает? Вообще-то парень он был нормальный. Конечно, всех их неплохо бы в войска на пару годков, для их же пользы.

Там мозги у всех на место встают. А то все, видишь ли, пацифистами нынче стали, а кому Родину, матерей и жён защищать? Поляков этот, конечно, тоже был такой пацифист. Духом и сам как девчонка. Но никаких хлопот мне не доставлял, в отличие от многих его сокурсников. Внутренний распорядок не нарушал. Точнее, не попадался – хранение холодного оружие, как и любого другого, это серьёзно. Короче, я думал, что он безобидный. Виноват, ошибся.

– Не стоит торопиться с выводами, Савелий Кузьмич.

Оружие нужно не только для нападения, но и для самообороны, – заметил Русаков.

– Разумеется. Но если ему кто-то угрожал, он всегда мог обратиться ко мне.

– Не обязательно. К тому же, вас не удивляет, почему ножны остались в тайнике? Не проще ли и дальше носить клинок в них, чтобы лишний раз не рисковать пораниться?

– Кто ж их знает, что у них на уме?

– Ладно, не будем играть в «Поле чудес». После экспертизы всё станет ясно.