Госпитальер и Робеспьер

Даю увеличение. В секторе восемьдесят два вздулись три облачка.

– Идентификация, – потребовал госпитальер.

– Идентификационный код не послан. Даю запрос. Еще трое пиратов, подумал госпитальер. Впрочем, это уже роли не играет.

Защитный кокон перехода спал с новых пришельцев. И Сомов подался вперед.

Очертания новых кораблей были незнакомы. Они походили на связки хвороста, меняющие свой цвет.

– Это что за фиговина? – спросил госпитальер.

– Аналогов в Большом Корабельном Реестре не найдено, – сообщил комп.

Новое дело. Может быть, вообще неизвестная цивилизация. В центр каких событий попал космический госпиталь? Что творится?

Между тем три новых корабля выстроились в атакующий порядок и ринулись на штурмовики.

Пилоты штурмовиков поняли, что все пошло прахом. Они развернулись и, набирая скорость, стали уходить от госпиталя. Два же из вновь прибывших звездолетов совершали невероятные кульбиты. Их гравикомпенсаторы должны были перегреться.

Сошлись лучи, и защитное поле штурмовика лопнуло мыльным пузырем.

Боевая ракета взломала его корпус, и штурмовик раскололся. Два других «Торнадо» сумели скоординироваться и врезали разрядниками по одному из противников. «Связка хвороста» вильнула, защитное поле прогнулось, брызнули куски обшивки. Но звездолет выровнял положение, сделал вираж, вошел в резонанс с тремя своими собратьями, и еще один штурмовик превратился в разлетающиеся частички оплавленного металла.

– Так их! – хлопнул по колену госпитальер.

– Адреналин в вашей крови, – занудил комп, – превышает норму на…

– Заглохни!

Последний штурмовик ринулся вперед.

Неожиданные спасители начали преследование. Но даже обладая видимыми преимуществами в скорости и боевых качествах, они не успели. Через восемь минут штурмовик вышел в надпространство, а, как известно, преследование в надпространстве невозможно.

– Ну и что ты на это скажешь? – осведомился Сомов, глядя на барражирующие на границе защитного комплекса госпиталя три неизвестных корабля.

– Исходной информации недостает.

Могу предложить ряд гипотез.

– Ну предлежи.

– Из шестисот восьмидесяти гипотез наиболее вероятными являются…

– Отбой, – кинул Сомов, который вовсе не жаждал выслушивать шестьсот восемьдесят версий случившегося.

Сомов откинулся в кресле и начал напряженно ждать. Он понимал, что ничего не закончено.

– Неизвестный корабль вошел в контакт, – сообщил комп.

– Идентификация?

– Код космических сил Московии. Допуск – единица.