Драконы Чарынского каньона. Книга 1. Лекарь

На работе умные люди работают… Удивляюсь, что вы в подобной атмосфере еще что-то делать успеваете! Один с «грузилом» в шестьдесят килограммов!»

– Зато приятно приходить на работу! – вслух парировал Виктор.

Посетитель презрительно скривился и покинул офис.

*****

Сыщик не всегда был только сыщиком. Макс вырос в бедном квартале в нижней части города, в местечке, где крошечные халупки были построены плотно одна к другой. В тесных кварталах этого района было прописано так много людей, что власти города много лет мечтавшие снести их, не могли себе позволить сделать это.

По закону каждый, кто попал под снос, должен был обеспечиваться жильем, не меньше одиннадцати квадратных метров на человека. Но в этих трущобах на одиннадцати квадратных метрах было прописано до двадцати человек. Они не все жили в комнатке, но прописались задолго до принятия закона о минимальном количестве квадратов на человека. И теми, кто был прописан в одном маленьком квартале, можно было заселить половину микрорайона и потому власти терпели трущобы в развитой части города.

Почти каждый мальчишка или девчонка, выросшая в этих кварталах, мечтали вырваться из своего района, хотя и научились выживать здесь. Но, даже вырываясь и проживая в других районах города, они сохраняли прописку своего района, в надежде, что властям все же надоест терпеть трущобы в городе и им дадут квартиру. Большинство мальчишек района начинали пить и курить, едва начав говорить, девочки легко шли «по рукам» чуть достигнув зрелости, если они были хоть сколько- то привлекательными.

Местная банда не впускала чужаков, и посторонним здесь было опасно даже проходить по улице после восьми вечера.

Нередко по ночам в районе раздавались выстрелы, в каждом доме почти обязательно хранилось оружие, даже если применялось только для защиты. Пьяные драки и разборки банд были здесь обычным делом, и никто особенно не волновался на эти темы, люди скрывались в своих домах, стараясь не вмешиваться, чтобы не попасть под случайную пулю или под шальной нож в поножовщине.

Детство Макса прошло в эпоху лихих девяностых – развал страны, бесчинства банд, делящих территорию. Тогда жизнь стоила не много. Наркотики, пьянство, грабежи и убийства были нередким явлением на фоне парализованной власти и бездействия органов правопорядка.

Макс мечтал о другой жизни, как и многие ребята, кто не спился до семнадцати лет.