Русское иго, или Нашествие ушкуйников на Золотую Орду

При попутном ветре ставили мачту-однодревку с прямым парусом на рее. Для его подъема верхушка мачты снабжалась нащечинами. Простейший, без блоков, такелаж крепился за скамьи, а носовая и кормовая растяжки – на соответствующих оконечностях. Весла в местах соприкосновения с обшивкой обтягивали толстой кожей»[22 - См.: Захаров А. Ушкуй – байдара Средневековья // Сборник краеведческих материалов. Киров, 1991; Климов А. А. Речной ушкуй.].

Ушкуй чередовался в летописях со словом «насад». Российский историк А. И. Никитский неоднократно подчеркивал: «Многоразличны названия, которыми характеризовались в древности эти суда: лодь, лодья, лойва, насад, ушкуй, последнее из этих судов, ушкуй, равнозначное, как кажется, с насадом… было у охочих людей самым любимым»[23 - Никитский A.

И. Военный быт Великого Новгорода // Русская старина. 1870. Т. 1. С. 17; См.: Его же. История экономического быта Великого Новгорода, М., 1893.].

Но все же между ушкуем и насадом были некоторые различия. Летописные своды и иные источники содержат упоминание об одновременном участии в походе и ушкуев, и насадов.

Ушкуи, в отличие от насадов, были легче, поэтому они были удобны для дальних походов, и их можно было перетащить из одной речной системы в другую. А насады – крупнее и тяжелее, но более удобны (да и безопасней) для плавания по большим половодным рекам. И вмещали они в свое «чрево» гораздо больше бойцов, чем ушкуи.

Первое упоминание слова «ушкуй» зафиксировано в древне-шведской «Хронике Эрика» (см. о ней ниже) за 1320–1321 годы.

в рассказе о событиях на Ладожском озере – «usko» вместе с его синонимом «hapa» (сравни современное финское «haapio» – «челн из осины»).

И. И. Срезневский указывал на следующие варианты: «ушкуи» – 1320 год, «ускуи» – 1418 год, «оскуи» – 1473 год, «скуи» – 1463 год, «ушкуль» – 1553 год. В последний раз слово «ушкуй» мелькнуло в XVI столетии, – на них плавали татары под Астраханью[24 - См.: Срезневский И. И. О древнем русском языке. СПб., 1856.], пока последняя не пала под ударами Ивана IV.

Еще одно толкование – по названию правого притока реки Волхов – реки Оскуй, где новгородцы и строили свои лодки – «оскуй», «ошкуй» или «ушкуй».

* * *

Современные историки справедливо отмечают, что «Великий Новгород на протяжении всей своей истории был портом четырех морей: Балтийского, Черного, Белого и Каспийского. С ними его связывали речные пути. Новгородцы по рекам добирались до этих морей и на своих судах бороздили их воды.