Yerba Mate: Мате. Матэ. Мати. 9000 лет парагвайского чая

Также значительное их количество живет в Аргентине и Бразилии. Словом, там, где распространено употребление мате. Согласно переписи населения 2005 года, общая численность гуарани (где бы они ни проживали), составляет около 95 тысяч человек. Этнологи относят их к американской расе большой монголоидной расы. Язык их, также как и народ, зовется гуарани, правда иногда его также именуют лингва-жерал, хотя это и не совсем верно, так как лингва-жерал был создан иезуитами на основе языка гуарани со значительным количеством слов романского и африканского происхождения, и эти два языка отличаются друг от друга.

Так как с момента испанского завоевания, конкисты, прошло много веков, многие из народа гуарани с рождения говорят на испанском, хотя, конечно же, и знают свой язык, который в Парагвае является государственным, наряду с испанским. По оценкам специалистов, на языке гуарани в общей сложности говорят от 5 до 12 миллионов человек (сюда входят люди, потомки смешанных браков).

Самоназвание гуарани – это «ава», что означает «человек».

Остальные люди – это «не человеки», что иногда встречается и в самоназваниях других народов.

Испанцы не сразу пришли к единому мнению о том, как же следует называть этот народ. Так, пришедшие на смену самоназванию «ава» имена «кариос», «чандулес», «чандрис» и «ландулес» не прижились. Конечным оказался известный теперь нам термин «гуарани», который, скорее всего, возник от боевого клича индейцев: «гуарани», либо же от их слова «гуарини», что переводилось как «война».

Отсюда следует, что испанцы считали гуарани в первую очередь воинами, и за ними закрепилось конечное название, которое теперь мы можем расшифровать как «человек войны».

Гуарани жили обособленными кланами, селясь на краю лесов и по берегам рек. Их существование было достаточно примитивным: земледелие было простейшим, из культур они предпочитали маниоку и маис. Так как этого было явно недостаточно, а в наличии не всегда были убитые враги, которых можно было съесть, они также занимались рыбной ловлей, охотой, используя огромный лук, который из-за его веса приходилось втыкать в землю.

Удельная мощность его была такова, что снаряды – специально обожженные глиняные шарики величиной с орех («бодоги») с 30 метров попадая в жертву, проламывали кость (об этом писал Поль Лафарг в своей «Истории социализма»). Про дичь в виде птиц говорить не приходилось: у них просто не было шансов на выживание. Но и этим гуарани, конечно же, не ограничивались.