Тысяча и один день

Если так пойдет дальше, то скоро людям придется вместо эксменов заниматься физическим трудом! А вторая ей: это что, мол, вскоре будем сокращать все необязательные производства, ну, легкая там промышленность, косметика, предметы удобства…

– Не врешь?

– Вот еще! Я брату верю, он разыгрывать не станет.

Не у меня одного отпала челюсть – ошарашены все. Витус – и тот прислушивается, хотя вряд ли понимает, в чем дело. Этого по большому счету и мы не понимаем. Хмыканье, кряхтенье, озадаченный мат, и ничего больше.

Если оно и вправду так, как нам только что было наболтано, стало быть, в нашем мире происходят какие-то сдвиги, смысла которых мы пока не можем уловить. «Тотальное перераспределение рабочей силы», надо же! Любопытно знать: чего ради? Кто разворошил уютный муравейник?

И тут в дверь раздевалки всовывается конопатая физиономия мальчишки на побегушках:

– Эй, Молния! Мама Клава хочет тебя видеть. Прямо сейчас, одна нога здесь, другая там.

– Зачем еще? – без всякого удовольствия интересуюсь я.

– Небось премию тебе хочет отвалить за сегодняшний бой, – подмигивает мальчишка. – Я видел, как ты дрался. Класс! Ты беги скорей, а то она передумает…

– Бегу, бегу, – ворчу я.

Одет? Одет. И обут. Даже причесан. Волосы пока мокрые после душа, но это ничего. Главное, вымыт и не послужу причиной очередного приступа аллергии Мамы Клавы.

Делаю всем ручкой. Тамерлан и Динамит провожают меня озабоченными взглядами. Гойко Молотилка идет дальше – наклоняется к моему уху:

– Поосторожнее…

Показываю одними глазами: понял, мол.

Глава 2

МАЛЬЧИК

Я давно заметил: во многих старинных книгах герои обожают рассказывать читателю свои биографии и делают это тем более охотно, чем меньше в биографиях примечательного. Что ж, это их право. А право читателя – не читать. Но, как бы то ни было, я последую их примеру, тем более что в моей биографии кое-что примечательное все же было.

Год своего появления на свет я знаю точно: юбилейный, сто пятидесятый от первой телепортации Сандры Рамирес.

Даты рождения не знаю, конечно, да и не понимаю, признаться, для чего ее надо знать. Ну какая мне, собственно, разница, сколько усиков у пшеницы или капель в облаке? Я не агроном и не метеоролог. Или ножек у тысяченожки – действительно тысяча или меньше? Никогда не считал. Так и с днем рождения: чем больше забиваешь голову всякой ненужной шелухой, тем более гулкой она становится. Так нас учили, так я думаю до сих пор.