Хризантема с шипами

 – И не верти головой, это неприлично.

– Хорошо, маменька, – покорно ответила девушка и подставила локоть, за который тут же уцепилась ее спутница.

– Где носит этого глупого Уилла? – недовольно прогудела дама и обернулась.

Наши взгляды встретились. Я вежливо улыбнулась и слегка склонила голову. Дама чопорно кивнула в ответ и тут же отвернулась, но я успела заметить, каким острым интересом блеснули ее глаза. Уверена, уже к вечеру о моем приезде будут судачить во всех местных гостиных.

– Ваше платье, госпожа, – раздался за спиной голос служанки, и я отошла от окна.

– Мэри, возьми корзину для продуктов. Пройдемся по местным лавкам, купим еды на ужин.

– Так я и сама могу, – вскинулась Мэри. – Разве дело это, благородной леди по зеленным лавкам ходить?

– Кажется, мы уже договорились, что все благородные леди остались в Вердофе? – я усмехнулась и посмотрела на покрасневшую служанку. – Здесь я никакая не леди, а обычная небогатая горожанка. И не должна выделяться среди остальных.

Я с сомнением посмотрела на изящное зеленое платье и вздохнула. Никуда не годится. Слишком нарядное.

– Что вы делаете, госпожа? – воскликнула Мэри, глядя, как я отпарываю лишние оборки. – Оно ведь такое красивое!

– Привожу его в подобающий вид. Ну вот, другое дело, – оглядев результат своих трудов, заявила служанке. – Помоги мне переодеться.

Вскоре я уже сменила дорожный костюм на платье, и мы с Мэри вышли из дома.

***

Улица встретила нас вечерней прохладой, яркие живые изгороди весело зеленели пышной листвой, а ветер доносил тонкий аромат роз, цветущих в саду особняка напротив.

Я бросила осторожный взгляд на двухэтажный белый дом. Выглядел он нежилым. Окна смотрели на улицу темными провалами, дорожка заросла травой, на газоне с чахлыми гвоздиками вовсю хозяйничали сорняки.

– Здесь так тихо, – удивленно сказала Мэри, оглядываясь по сторонам. – Ни магомобилей, ни прохожих. И никакой суеты.

– В провинции жизнь спокойнее, чем в столице, – вздохнула в ответ и направилась к площади, намереваясь зайти в пару лавок, которые заметила, пока мы ехали к дому.

Служанка поспешила за мной.

– Госпожа Эйден, а мы надолго тут останемся? – спросила она, разглядывая обшарпанный фасад старинной церкви.

Скорее всего, храм построили в двенадцатом или начале тринадцатого века. Об этом говорили характерные строгие линии и отсутствие вычурных архитектурных украшений, пришедших из соседней Ривии после Великой войны.