Ловушка для светлой леди

– Роза, что ты делаешь? Прекрати немедленно! Встань!

– Ваша светлость, леди Анна! Спасибо! Радость-то какая! Милорд… Ох, до сих пор не верится.

Женщина продолжала что-то неразборчиво бормотать, даже не подумав подняться, а я смотрела на нее и не могла понять, что происходит.

– Роза, ты можешь объяснить, что случилось?

Протянув руку, заставила служанку встать.

– Миледи, вы совершили невозможное! Заставили сердце его светлости биться, – восторженно глядя на меня, благоговейно произнесла горничная.

– Как это – заставила? А что, до этого оно не билось?

– Нет, миледи, – покачала головой женщина. – Не билось. Уж много лет, как не билось. Почитай, с самой смерти леди Анхелики, – Роза пристально посмотрела на меня и тихо попросила: – Вы только не пугайтесь, ваша светлость, не стоит, – видимо, она заметила, как я вздрогнула. – Истинные ледяные лорды, они ведь не по одному веку живут. Некоторые могут и тысячелетиями существовать, только вот беда – чем больше им лет, тем холоднее душа.

И тем меньше в ней жалости и сострадания. А о любви и говорить не приходится. Молчат у них сердца, а слой льда на них с каждым прожитым столетием становится все толще.

Горничная замолчала, а я смотрела на нее и не могла осознать то, что она говорит. Как можно жить без сердца?

– А лорд Торн? – с недоверием спросила у женщины.

– Лорд Артур – из Истинных магов. Милорд, почитай, в пятерку сильнейших входит, – ответила та. – А в ментальной магии равных ему и вовсе нет. Да только отличается его светлость от остальных магов, очень отличается.

Большинство Истинных леденеют от собственной гордыни и вседозволенности, а наш милорд – от горя. Больно уж он матушку свою, леди Анхелику, любил, а как та погибла, так лорд Артур и изменился. Два года почти ни с кем не разговаривал. А потом, как лорд Торн-старший на леди Иветте женился, лорд Бастиан, сынок ейный, его и расшевелил, заставил в себя прийти. Вот от этой-то любви милорд и растаял. Да он и всегда добрым был – видать, передался характер маменькин. Леди Анхелика тоже южанкой была, как вы вот, миледи.

Горничная взглянула на меня и улыбнулась, смахивая слезы.

– А теперь и вовсе Единый счастье его светлости послал. Если уж вы сердце его пробудили, так, знать, любит он вас, по-настоящему. У Истинных только так и бывает – если не найдется та, что сумеет растопить лед их души, не видать им счастья, так и будут замерзать в своем одиночестве, пока окончательно не обледенеют.