Служанка

Я не могла оторваться, и словно зачарованная глядела на свое отражение в них, ощущая, как затягивает меня в воронку чужой души, как с головой захлестывает переполняющей ее горечью, как леденеет сердце, застигнутое врасплох испепеляющей болью.

– Что ты делала в моих покоях? – грозно спросил граф, и меня словно строптивой волной на берег вышвырнуло.

Я невольно отступила назад и указала на камин.

– А одежду мою зачем трогала? – принюхался арн и шагнул ближе. – Кто разрешал?

Да никто не разрешал, просто любопытная уродилась.

Сколько жизнь ни учит, а от старых замашек так быстро не избавиться.

Я приложила руку к глазам, пытаясь объяснить, что хотела всего лишь посмотреть. Дыхание частило и сбивалось, внутри все от страха обмирало, сердце тарахтело, как у зайца. Никогда не была трусихой, а тут вдруг такой ужас напал, что хоть беги. И ведь не могу. Пока арн не позволит, из комнаты не выйти. А он не позволит, по глазам вижу. Не натешился, видать, со Златкой, не отвел душу.

– Любопытная, значит? – задумчиво спросил лорд Крон.

 – А за любопытство знаешь, что бывает?

Тишина в комнате стала вязкой, взгляд арна ощупывал мое лицо, грудь, бедра. Мне почему-то показалось, что еще немного, и на моей шее сомкнутся сильные руки и…

– Вон пошла, – услышала я и не поверила своим ушам.

Слава Создательнице! Душу затопило такое облегчение, что я улыбнулась.

– Чего стоишь? – хмыкнул арн. – Кыш отсюда.

Он устало потер глаза и направился к кровати, на ходу развязывая пояс халата.

– Скажи там кому-нибудь, чтобы ужин принесли, – не оборачиваясь, сказал граф и запнулся.

 – А, ты же немая, – с непонятной интонацией протянул он. – Ладно, иди.

Я подхватила ведро с совком и кинулась вон из комнаты.

***

Как добралась до кухни – не помню. Очнулась уже перед дверью в подсобку и только тогда перевела дух. Все-таки слушать рассказы Микошки об арнах и увидеть одного из них вживую – разные вещи!

– Что, Илинка, не съел тебя хозяин?

А вот и Микош, легок на помине. Старый конюх сидел у печки, грел свою больную поясницу и привычно мусолил во рту трубку.

Седые усы его смешно шевелились, в блеклых голубых глазах затаилась хитринка.

Я улыбнулась Микошке и покачала головой, отвечая на его вопрос.

– А чего дрожишь, как заяц?

А как тут не дрожать? Я вспомнила прожигающий насквозь взгляд и поежилась. Конюх понимающе хмыкнул.

– Смотрю, ты к приезду хозяина подготовилась? – усмехнулся он. – Сделала, как я посоветовал? Вот и молодец.