Служанка

Арн молча отодвинул меня от камина, присел перед ним на корточки, потрогал дрова, принюхался к чему-то и хмыкнул.

– Это кто ж тебя так не любит? – повернулся он ко мне.

Я настороженно посмотрела в синие – вовсе не красные! – глаза.

– Кто-то поленья мраловым корнем натер. Ты их до вечера разжигать будешь, – пояснил арн.

Он поднялся, окинул взглядом полную светло-коричневых дров подставку и спросил:

– В гостиной камин еще не горит?

Я отрицательно помотала головой.

Граф, не говоря ни слова, вышел, но не успела я понять, что к чему, как он уже вернулся, неся большую охапку буковых и дубовых поленьев.

– Вот эти попробуй.

Он сгрузил дрова на пол и, оттащив от стола стул, сел и уставился на меня тяжелым, немигающим взглядом. А глаза-то снова краснотой наливаются…

Мать-Создательница! Руки дрогнули. Что, если у меня не получится? Так ведь и работу потерять недолго!

– Чего ждешь? – поторопил меня граф.

Я постаралась скрыть волнение, присела перед камином и принялась складывать поленья.

Это только на первый взгляд кажется, что все легко и просто, а на самом деле целая наука. Оно ведь как? Если камин для красоты и уюта разжигают, тогда дрова нужно шалашиком устанавливать. Правда, они прогорят быстро и тепла почти не дадут. А вот для отопления поленья по-другому укладываются. Вниз, вдоль топки очага – самые толстые, дубовые, второй слой – из коротких буковых полешек. Он поперек кладется и должен быть чуть потоньше. Потом нужно еще одно дубовое полено положить, а уже сверху, к самой стенке – щепу. Так камин долго гореть будет, и тепло по всей комнате разойдется. Этой науке меня Паница научила.

Сухие щепки занялись мгновенно – затрещали, застрекотали, загалдели. Огонь весело перекинулся на дубовое полено, лизнул буковые полешки.

– Кто тебя научил так дрова складывать? – будто подслушав мои мысли, спросил арн.

И как мне ему ответить?

– Отец?

Я отрицательно покачала головой.

– Брат?

А граф настырный! Вон, как цепко глаза смотрят.

И отсветы в них багровые появились.

– Наставник? – не унимался лорд Крон.

Я кивнула. Так и есть, только не наставник, а наставница.

– Читать-писать умеешь? – последовал следующий вопрос.

Я утвердительно мотнула головой.

– Занятно, – словно про себя, заметил граф.

Он продолжал буравить меня взглядом, а я, вместо того чтобы опустить глаза, уставилась на арна и застыла, снова застигнутая врасплох тем, что творилось в сине-алой глубине.