Сиделка

– А деньги? Неужели ты не попросишь за свои труды достойное вознаграждение? – насмешливо спросил маг.

– Нет, милорд. Вы нуждались в помощи, я вам ее оказала. А теперь, извините, меня ждут дела.

Равнодушно посмотрев на мужчину, решительно выдернула ладонь из его захвата.

– Удачного дня, милорд.

Не дожидаясь новых вопросов, я быстро поднялась по лестнице и распахнула дверь. Вслед мне донеслось скептическое хмыканье.

* * *

– Кейт! Ты слышала? Тера Савира ограбили!

Не успела я войти в общий зал, как Тильда тут же оказалась рядом.

Лицо подавальщицы раскраснелось, глаза горели, толстые щеки чуть подрагивали, напоминая знаменитый свиной студень Папаши Дюка.

– Представляешь, прямо среди бела дня! – возбужденно рассказывала Тиль. – В собственной лавке! Вошли два заезжих молодчика, перекрыли выходы и обчистили кассу.

– И много взяли?

Меня не особо занимало это ограбление, мысли крутились вокруг недавнего пациента, но не проявить интерес значило смертельно обидеть Тильду.

– Тер Савир говорит, что больше ста ронов! – с придыханием ответила подавальщица.

– Тильда! Я сегодня дождусь свою похлебку? – донесся громкий окрик из-за углового столика. Дородный детина в ярко-красном мундире недовольно насупил брови и настойчиво сверлил взглядом широкую спину Тиль.

– Отстань, Олаф! – отмахнулась от него подавальщица. – Сказала же, готовится похлебка, жди.

Тильда скомкала в руках полотенце, собираясь вернуться к прежней теме.

– Ой, крику-то было! И полицию вызвали, и понятых…

– Тиль, Папаша Дюк у плиты? – перебила я подавальщицу.

– А где ж ему еще быть? Похлебку готовит.

– Пойду. Мне с ним поговорить нужно.

Я улыбнулась Тильде, протиснулась мимо нее за стойку и скользнула в раздвижные двери, мгновенно попав в жаркое нутро кухни. Шум голосов, белесый дымок, поднимающийся над кастрюлями, шкворчание жарящегося лука – в царстве Папаши Дюка кипела суетливая и насыщенная ароматами специй жизнь.

– О, Кейт! – увидев меня, хозяин гостиницы отложил огромный черпак и приветливо помахал рукой.

 – Ты как? Есть будешь? У меня сегодня грибная похлебка и отбивные из телятины.

Огр улыбнулся, отчего его круглое морщинистое лицо сморщилось еще больше, и ловко перевернул на сковороде большой кусок мяса.

– С удовольствием, только попозже, – ответила я. – Там раненый очнулся и собрался уходить. Ты бы проводил его.

– Как это он так быстро очухался? – в выпуклых зеленых глазах Папаши Дюка мелькнула настороженность.