Ватерлиния

В Центре на Сумбаве было полно крыс, особенно в хозблоках, что и понятно. Курсанты устраивали на них облавы по всем правилам тактики, били пищащих тварей швабрами и ножками от стульев, заключали пари на то, кто скольких убьет. И, разумеется, не думали о том, что пройдет год – всего один земной год! – и обыкновенный пасюк начнет вызывать сладкую ностальгию.

Черт с ними, с крысами. Было – и забыто. Филипп посопел, сердясь на себя, отгоняя воспоминания. Что означает этот домашний арест, хотелось бы знать? Ничего не выяснил, зря раздразнил часового…

– Эй, капрал! – наудачу крикнул Филипп.

 – Давно в походе?

– Не твое собачье дело.

В двери каюты, лязгнув, защелкнулся замок – капрал не хотел случайностей.

– Попросишься ты у меня теперь в гальюн…

А ведь и верно, сообразил Филипп. Интересно, когда у него смена? Он с беспокойством посмотрел на часы.

Ну нельзя быть таким дураком! Нельзя!

До постыдного конфуза не дошло – страж узилища сменился через три часа. Новый часовой, совсем молодой парнишка без нашивок, по-видимому, до полусмерти боялся арестованного, однако без возражений снизошел к просьбе.

Улучив удобный момент, Филипп повторил вопрос намеренно равнодушным тоном.

– В походе-то? – озабоченно переспросил парнишка. – Не, сутки всего. А до того на Пятнадцатом контрольном проторчали девять дней. Скучища… – Тут до него начало доходить, и он встрепенулся. – Эй, ты не болтай! Не велено.

Повторять не пришлось – Филипп больше не разговаривал. Он сосредоточенно думал.

* * *

…А подумать мне было о чем, точно говорю.

Этот нервный парнишка-полицейский сам не понял, какой информацией меня снабдил. Пятнадцатому контрольному, равно как и остальным двадцати трем постам, как раз и полагается находиться в дрейфе между экватором и тропиком, тут вопросов нет. Одного я не подозревал: что он так близко. Сутки экономического хода туда и обратно – расстояние плевое. Выходит, пока я болтался посреди океана, как что-то в проруби, «Черный Баклан» торчал на приколе всего-навсего в тысяче двухстах милях от меня! Что особенно интересно, торчал все девять дней моего дрейфа, ни днем больше, ни днем меньше.

Стоял без движения. А я, простак, выпускал маячки – на таком расстоянии это все равно что по часу в день кричать в ухо. Не услышали? Рассказывайте сказки детям. Надоел я им воплями о помощи, зверели операторы, затыкали уши… Услышали, но не шевельнули и пальцем, чтобы помочь.

Почему?!!

За чужаком из зоны Лиги «Баклан» не гонялся, это точно.