Романист

Я помню, как я стоял с бутылкой в руке, смотрел на собравшуюся компанию и запоминал наше лучшее время.

Позже мы начали собираться всё реже и реже. Наш «фильм» медленно подбирался к титрам, а мне всё также хотелось продолжения. Большинству актёров захотелось ролей посерьёзнее и они покинули нашу съёмочную площадку. Именно тогда я и осознал, какое же разное у всех людей чувство времени и отношение к нему.

Когда готовых уйти в отрыв почти не осталось, я и сам был вынужден сбавить обороты. Всё превращалось в серый моно-фильм.

Если раньше можно было собрать человек тридцать в одной тесной квартирке, то позже я всё чаще выбирал менее громоздкое общество или даже умеренное одиночество. Никто не говорил, что оно вызывает привыкание, но на небольшой глубине души я всё же надеялся, что это просто очередное затишье перед бурей.

В этот раз списывался со всеми Женя, вооруженный своим обаянием, поэтому за явку я не беспокоился. Кто не смог прийти, или просто сказал что не смог, я на них не в обиде.

В любом случае холодильник заставлен алкоголем под завязку.

Обычно же у меня лишь бутылка вина на всякий пожарный. «Когда у вас завелась горячая девушка, разбейте стекло и откройте бутылку».

Начало у нас в шесть вечера. Некоторые из заявленных гостей могут опоздать, но главное, что большинство обещало прийти вовремя.

– Это ты за две недели столько натаскал? – Женя заметил книги, выглядывающие из спальни.

– Даже чуть меньше, – ответил я, протирая посуду в кухонном фартуке.

– Да ты гонишь?!

– Не-а, не гоню. Часть книг, кстати, я уже продал и ещё немного скину на днях.

– Я отказываюсь понимать: тебя, людей и весь этот мир.

– Да я и сам не ожидал, что так всё выйдет. Сначала боялся, что и одной книжки не продам, а тут как-то пошло-поехало.

– И как, нормально покупают?

– Да, особенно романы.

– Почему?

– Не знаю, Жень. Похоже люди любят длинные истории, а ещё лучше истории с продолжениями. Я тут недавно продал целую серию по хорошей цене, вот это было круто.

– Значит, романы, говоришь.

– Да, это самый ходовой товар, – ответил я и ударил Женю полотенцем. – Тебе-то зачем, а, в долю захотел войти?

– Нет, куда мне до тебя, – отскочил он.

– Давай так, – я настроил голос пониже, но образу гангстера всё же мешал фартук, – ты берешь на себя три магазина в одном квартале, я все остальные. Раз в месяц я буду брать с тебя налог за то, что ты работаешь на моей территории.