Братство тропы

Инкрустированный драгоценными камнями. Пятьдесят семь зарядов. Доступен с восьмидесятого уровня.

Обычные сведения.

Но кое-что добавилось в конце. Три фразы.

«Не привязан к классам. Не привязан к характеристикам. Одноразовый».

Первые два предложения радуют. Жезлы может использовать любой игрок, если он достиг восьмидесятого уровня. Третья фраза заставит любого кланового казначея взвыть столь же горестно, как и прокаженная белуга внутреннего моря Бурлагаст, что расположено в гуще мелких заснеженных островков далекого северного архипелага, населенного тьмальдами и им подобными тварями.

Подобный жезл стоит весьма немалых денег. Плюс после приобретения его еще нужно зачаровать, снабдить геммами, следом постараться добавить еще чуток тонких, но важных магических плетений. Все ради дополнительных процентов урона или дополнительного заряда в магической обойме. В результате жезлы стоили космических денег, и из клановых хранилищ их выдавали с огромной неохотой – вдруг косорукие сломают во время задания? Но так было раньше, когда жезлы можно было перезарядить…

Обалдеть…

Пока вернувшийся Орб задумчиво медитировал над вонзенным в тропу ножом, изредка поднимая лицо и меряясь взглядами с далекой нежитью, что опять насадила себя на кол, мы перебирали все наше имущество, то и дело взрываясь яростными проклятьями, но изредка все же испуская облегченные вздохи.

Как и ожидалось, все стандартное вооружение и инструменты остались не привязанными к боевым классам или определенным профессиям. Это и понятно.

Такое оружие и инструменты, как топоры, мечи, арбалеты, луки, ножи и прочее подобное, были намертво привязаны только к характеристикам персонажей. Лишь несколько особым образом зачарованных предметов не далось в большинство рук – боевой топор Бома, мой посох, а также посох Дока, нож Орбита, нож для срезания трав Храбра. На них была мертвая классовая привязка, и для других они были бесполезны.

Боевые алхимические зелья – шары из закаленного стекла – доступны любому игроку от десятого уровня.

Бросай смело. Просто раньше, падая даже на мягкую землю, стеклянный шар гарантированно лопался…

Главная наша беда – девяносто девять процентов из притащенного нами сюда барахла резко «потолстело». Все потяжелело в разы. А то, что раньше было невесомым, теперь обрело свою массу – например, захваченные Храбром волшебные швейные иглы, что сами штопали дыры в тканевых и кожаных одеяниях. Раньше они не весили ничего, а теперь каждая игла весила по десять граммов.