Инфер 5

– Тихо, планк тупой! Не вздумай больше о таком говорить! Убьют!

– Да ну?

– Ты не мог знать, – чуть успокоилась Зорга. – Тебе не рассказали, как каждому из вылупленных черепашат. Ты же был не в себе. Поэтому и не усвоил главных правил. Запомни – никогда не произноси такое вслух! Про… вбивание гвоздей в руки и ноги…

– Распинание? Или как правильно сказать о том, как кого-то приколачивают к кресту и начинают пытать?

– Тихо!

– Слушай… старшая нурса Зорга… начинай меня лечить. Всем что есть. Заодно и поговорим.

Или не нужны мои деньги?

Помедлив пару секунд, она пожала широченными плечами и подняла разделяющую нас широкую темную доску:

– Вон та койка в глубине. Но учти – зряшный перевод песо. Все равно тебя забичуют.

– Главное – не распнут на кресте…

– Заткнись! Еще раз повторишь – и лечения не будет.

– Ладно, – выдохнул я, снимая шляпу и вешая ее на торчащий из столба колышек. – Лечи…

Стянув трусы, я медленно уселся на койку и замер, широко расставив ноги, уложив кисти выпрямленных рук на серую простыню.

Ждать пришлось недолго.

– Открой глаза пошире и не моргай, – велела нависшая надо мной старшая нурса. – Глазные капли. У тебя даже зенки обожжены. Совсем тупой, раз на солнце пялишься?

– Я увидел твою огромную жирную жопу и меня аж ожгло…

– Как же ты разговорился, наглый мелкий смертник… сегодня твой болтливый язык вырвут на центральной площади Сорокушки… и я увижу это…

Моргнув, я ощутил сбегающие по щекам химические слезы, а в глазах разлилась блаженная прохлада.

Заставив меня снова открыть веки, нурса повторила прокапывание и отошла, чтобы вернуться со шлангом. Поднявшись и встав на бетонный пятачок со сливом – значит, сточные воды не бегут в океан, а уходят куда-то под пляж – я замер под несильными струями мутной воды, что смыла с меня соль и остатки грязи.

– Ого… раз, два… три… четыре… ты сам разрезал вздутия?

– Ага.

– Судя по форме, одно от личинки ковалькиса.

– Была такая. Белая.

– Что сделал с ней? Продал? Оттуда деньги?

– Выкинул.

– Что?

– Выкинул к херам. В океан.

– Ты придурок?! Она стоит тридцать песо маленькой! А если вырастить у себя под кожей почти до вылупления – можно продать старшим надсмотрщикам минимум за сотню! Хотя чем дольше растишь, тем больше шансов сдохнуть от токсинов, что она подает тебе в кровь… и последние дни ты скорее овощ, а не человек… Выкинул?!

– Хотел сожрать ради белка… но подумал, что она может быть ядовитой.

– Ты спас себя, кретин.