Инфер 8

– Почти! Срединный Пуповинный Проход дальше не идет!

– Что?!

– Шахта! Центральная шахта заканчивается там выше!

– Это я видел. Дальше что?

– Но ниже – да… все так же… Обиталище Великого Глота лежит под Срединным… под центральной шахтой!

– Вы, дерьмоеды, постоянно кормите какую-то тварь трупами и собственными яйцами? – уточнил я, сам не зная для чего.

– А КУДА ДЕВАТЬ ГНИЮЩИХ МЕРТВЕЦОВ?! – заорал вдруг старик, явно потеряв остатки инстинкта самосохранения. – В ЖОПУ ТЕБЕ ТРАМБОВАТЬ?! И ПУСТЬ ТАМ ВОНЯЮТ?!

– Вот ты и пожил, – заключил сунувшийся вперед орк, тяня лапу к глотке «жрицы».

– Не-не, – остановил я его и ухмыльнулся в сморщенное злое стариковское лицо. – Вот так уже лучше, старпер. Так уже лучше… вот он, настоящий гоблинский оскал. Только раньше надо было так скалиться – до того, как ты позволил отхерачить себе яйца.

Старик промолчал, на глазах съеживаясь и так тяжело и часто дыша, что можно предположить приход инфаркта.

– То есть Глот под шахтой? – уточнил я у оседающей «жрицы».

Тот беззвучно что-то выдохнул и кивнул. Я пошел дальше, боком протискиваясь по лестнице. Остальные последовали за мной, обходя скрючившегося на полу жалкого старика в юбке. Кто-то наступил на костяной цилиндр, и тот с хрустом распался.

Оказавшись на уровень ниже, я уперся в поднятую до потолка жиденькую стену из костей. Ребра, позвонки, черепа – они были выложены ажурной решеткой. Пространство за стеной проглядывалось, но света тут был минимум, так что все терялось в сумраке, а фонарь я включать не собирался.

Вряд ли тут найдутся стрелки, но энергию надо экономить. Как и силы, которые я не собирался тратить на проход этого их священного лабиринта.

– Напролом! – приказал я, и с радостным ревом Рэк ударил всей массой в стену.

Стена рухнула.

Со стуком покатились черепа, с грохотом посыпались ребра, застучали камешками позвонки. Я шагнул вперед. Меня обогнала Ссака.

За ней рванулись остальные. Одна за другой ажурные стены старого костяного лабиринта обрушивались, засыпая пол костяным месивом. С потолочных ламп срывались прикрывающие их старые рубахи, и с каждой секундой здесь становилось светлее. Место теряло сумрачную таинственность, превращаясь в обычный широкий коридор, что опоясывал нижнюю часть Поплавка. В боковых комнатах виднелись внешние прозрачные стены, забитые серым месивом.