Ковчег 5.0. Восходящая тьма

Я соглашался отдать тот или иной предмет как плату за работу – и поэтому у нас появился десяток новых грядок – добавившийся к пяти уже имевшимся. Появился топчан для детей, появились одеяла и подушки. Часть я выменял, часть отдали для пацанят и девчат. Потом появились еще дети… и нам построили навес – построили сообща, все вместе. Только я не участвовал. Но меня никто не попрекал, так как люди и представители прочих рас понимали, что вскоре я отбываю прочь.

Поэтому я увлеченно знакомился с новыми людьми, выменивал у них что-то на что-то, расспрашивал о том и о сем, перекрикивался с нашим автомехаником, колдующим над моей техникой и пытающимся сделать из нескольких обычных штук одну необычную штуковину.

Мой кеттенкрад, мой разбитый к чертям Порше, четыре больших колеса и один мятый-перемятый кузов. Все это я отдал Владу. А тот принялся колдовать. Причем колдовал он не бесплатно – я пообещал отдать ему половину добычи, связанной с автомеханикой – из того, что найду в следующей вылазке, которая начнется… прямо сейчас.

Что-что? Почему мой Порше, мой великолепный образчик классики автопрома вдруг оказался разбит в хлам? Даже и говорить об это не хочу…. Но злоба душит!

Два дня я просидел на топчане и успел не только наменять всякого полезного для семьи, но и узнать кое-какую инфу от пяти новоприбывших переселенцев в Ковчег, добравшихся до нас прошлым днем. Они дали мне наводку на кое-что интересное.

Я уже успел предупредить Артема, моего верного помощника, мгновенно воссиявшего, аки миниатюрное солнышко и ринувшегося собираться.

Третьим в моей крохотной команде был Туффи, один из новеньких, седой мужичонка-эльф со странными вислыми ушами, тощей шеей и чересчур широкими плечами. Еще одна жертва дурных поигрушек с конструктором персонажей. Туффи был смешлив и смекалист. Последнее качество быстро позволило ему понять, что профессия Искателя обладает одним несомненным достоинством – можно найти что-то очень стоящее.

Подобрав под себя ноги, я поднялся, шагнул тяжело на землю, закинул на плечо рюкзак, поправил висящий на груди дробовик и взглянул на хлопочущую у дымящегося очага Лесю.

– Так рано? – на меня уставился тревожный взор.

– Раньше уйдем – раньше придем, – ответил я. – Прощаться не станем.

– Жирчик, ты осторожно там! – умоляюще попросила девушка, и я успокаивающе улыбнулся:

– Геройствовать не будем. Далеко не уйдем.