Мятежный сектор

Появившиеся крысы застыли у ног Мики подобно неподвижным изваяниям, впервые явив себя миру во всей своей ужасающей «красе».

С грязных и промокших шкур сочилась вонючая канализационная жижа, искромсанные обрубки ушей бессильно свисают, вместо глаз зияют темные дыры, в разинутых пастях необычным отблеском сверкают странные зазубренные клыки. И витающий в воздухе сладковатый запах разложения.

Ужасные слуги Гиены выполнили приказ хозяина и явились на защиту Мики Дозы, подоспев как раз вовремя. У многих людей пресекло дыхание, когда они узрели гордо стоявшего Мику посреди демонических созданий источающих вонь разлагающейся плоти.

Словно слуги самого дьявола явились в двенадцатый сектор!

14

Лежащий на операционном столе калека ощерил в страшном оскале зубы и быстрыми движениями искусственных пальцев принялся вбивать в браском новые и ведомые только ему команды. Трясущийся в лихорадочном ознобе доктор Люмбери съежился в комок и присел на корточки, вцепившись дрожащими пальцами в искореженный металл стола, избегая смотреть на передергивающееся в судорогах лицо Нортиса.

Один лишь кибердок бесстрастно продолжал работу, делая надрез за надрезом в кровоточащей плоти культей ног.

– Пару шакалов мы завалили, головы их мы в бульоне сварили – хрипло проскандировал Нортис, перемежая слова безумными смешками – Время пришло для медведя, страшного бурого зверя… И вот так… хм… Добрый доктор Айболит, он под столиком сидит, прячет глазки от калеки, и тихонько он дрожит… эй, док! Люмбери!

– Да! Да сэр! – подпрыгнул Люмбери – Слушаю вас!

– Ты уже пришил мне новенькие ножки, чтобы я как заинька попрыгал вновь? А?

– Я… я не понимаю…

– Ты закончил работу по приживлению протезов?!

– Нет… пока нет,… но я…

– Вот и продолжай свое дело, док – мрачно посоветовал Нортис, вновь переводя визоры глазного имплантата на мерцающий экран браскома – И не отвлекайся на лишние переживания.

Ну… пора завалить медведя, да, док?! Завалим его?! Что скажешь?!

– Я… я не знаю… но если вы так говорите…

– Рад, что ты одобрил эту идею.

Так и поступим! – широко улыбнулся калека и доктора продрал дикий холод, настолько сильный, что фактически причинил ему физическую боль.

15

– Сэр!

– Слушаю, Фергюсон.

– Сэр! В двенадцатом секторе ведется бой! – как можно спокойней произнес Фергюсон, хотя в его голосе отчетливо ощущались бушующие эмоции – Используется игольное и холодное оружие.