Мятежный сектор

– Что они с нами сделали – всхлипнул Мика – Господи, что они с нами сделали…

– Пойдемте со мной, отче – повторила женщина и проповедник послушно сделал вялый шаг – Пойдемте. Там безопасно…

Через несколько минут ставший местом кровавой бойни перекресток опустел. Убрались даже местные обитатели, живущие прямо у стен. На грязном полу остались лежать жестоко истерзанные изуродованные трупы «нулей». Лужи застывающей крови тускло отражали свет ламп. И едва заметно светились красные визоры затаившегося под потолком паука-наблюдателя, посланного сюда незваными гостями Астероид-сити.

27

Рам и Ром. Два брата. Два итальянца. Две противоположности.

Ромуальдо. Старший. Уверенный в себе, жесткий и холодный как брусок чистого артианита, элегантно одетый, умный и расчетливый, делающий все ради возвращения былого величия итальянской диаспоры внешнего сектора.

Рамирес. Младший. Отошедший от семейных дел, оплывший до безобразия, одышливый толстяк с пятнами от еды на комбинезоне или любимой им гавайской рубашке с аляповатыми цветами.

Два брата такие разные. И такие похожие – согнувшись над небольшим столом, они с аппетитом поглощали пасту под томатным соусом, с хлюпаньем втягивая в себя горячие макаронины. Ром заправил за воротник большую салфетку, Рам за свою одежду не опасался.

Оторвавшись от еды, Ром промокнул губы краем салфетки и в очередной раз воззрился на приткнувшегося в углу складского помещения ЖилМода доктора Люмбери, погруженного в лихорадочный сон наркомана.

Рядом с доктором стоял активированным кибердок, мониторя состояние хозяина и приглядывая за вторым пациентом лежащим чуть поодаль. Столик, за которым сидели братья, стоял здесь же, на складе, в паре шагов от подзаряжающегося робота уборщика.

– Так сколько он принял? – уточнил Ром, ударяя по руке брата потянувшегося за добавкой.

– Он вкалывал, не считая – с механическим хрипом ответило странное полуметаллическое-полуживое существо, лежащее на брошенном на пол старом матрасе.

Некогда оранжевый комбинезон с обрезанными штанинами и одним рукавом стал темно-красным от запекшейся крови. Речь шла не о пятнах – нет, комбинезон прокрасило полностью. Большей частью это кровь мертвого Клыка. Остальная принадлежит самому Нортису, чьи культи ног продолжают медленно кровоточить. В вену на тонкой живой руке воткнута капельница с очередным волшебным зельем доктора.

– Очнется ли? Святая Лючия… – скорбно покачал головой Рам.