Инфер 4

А я просто подпрыгнул, раскинул руки и… налетевшая лицом на мое левое предплечье хитрожопая сука замедлилась. Согнув руку, я прижал ее голову к своему боку, приземлился и побежал дальше. На полу за мной билась акробатка с расплющенной головой. А я уже помогал Каппе, что частыми очередями крошил очередную банду медлительных, но решительных заплесневелых хренососов. Выставив плечи, мы пробили их пылающие ряды, облегчив внедорожнику работу.

– Сзади толпа!

– Справишься?

– Да! – с полной уверенностью отозвалась Ссака.

 – Взрывчатка? Можно?

– Да!

– Суну в жопу нашего сдохшего… все равно без дела, сзади зацепившись, болтается… в живот ему…

– Да!

– Делаю!

– Четыре! – приказал я сам себе.

Остальные продолжили двигаться в том же темпе, а вот я, использовав все возможности Ночной Гадюки, оторвался от них в стремительном лязгающем броске. Несясь огромными прыжками, помогая себе ускорителями, я в считанные секунды добрался до преграждающих путь стальных створок.

«Вскрывшись», вылез мокрым от пота «паразитом» из согнувшейся стальной спины, ткнул пальцем в бесстрастно темный квадратик сенсора и тут же нырнул обратно, уходя из-под удара упавшего с потолка зомбака. Шов на спине еще закрывался, а я уже крутнулся, отсекая ублюдку ноги. Вставая, апперкотом расшиб ему башку на мокрые лохмотья, разжав пальцы, поймал за горло еще одного падающего сверху упыря и швырнул его в пропасть. Падая, зомбак глядел только на меня. А я смотрел на него сквозь дыру в груди третьего противника, выбитую двойным выстрелом картечи.

С визгом тормозов покрытый кровью внедорожник влетел в шлюз и замер там, оставив прицеп снаружи. Нас это не смутило. Легким тычком вернув на место испуганно даже не воющую, а странно пришептывающую тощую суку с болтающимися у пупка сиськами, я помог бойцам отцепить прицеп. Подняв, мы протащили его вперед и опустили рядом с машиной. Все это происходило одновременно с непрекращающейся стрельбой.

Встав за спинами стоящих на одном колене стреляющих бойцов, я расчетливо потратил два подствольных гранатных заряда, погрузив коридор в огонь и осколочный ливень. Створки лифта почти закрылись, когда мне в шею вцепилась огромная черно-зеленая ручища настоящего великана. Он рванул на себя и только тут понял свою ошибку – я легко выдержал его рывок. Двери закрылись, в стороны плеснуло мерзкой жижей, а в шлюзе вспыхнул теплый желтый свет.