Сквозь вражеский строй

Когда он прекратил копать?! Когда блокнот достал?!

– Это же простой рецепт! – рыкнул я. – И крайне злой! Даже я о нем слышал!

– С ним не угадаешь! – отозвался тихушник, указывая на лысого эльфа. – Были случаи. О! Рос! Осторожно!

Я как раз замахнулся ножом, чтобы перебить толстенное корневище, когда сереющий за ним камень внезапно вздрогнул и раскрылся. На меня взглянул громадный глаз с ярко-золотой радужкой и зрачком в виде пятиугольной звезды. Глаз моргнул, сузившийся зрачок пробежался по мне и дернулся в сторону Роски.

Зрачок резко расширился, и глаз прикипел к ребенку.

– Ты че на мою дочь пялишься, скотина хныкающая? Сожрать захотел?

– Папа! Нет! Не режь! Он плачет!

– Что-то не замечаю я рыданий! Слез нету!

– Го-о-ости! – очень и очень радостно объявил Орбит, стоящий на вершине пригорка в позе Наполеона.

Ну да… к сожалению, эльф не ошибся. Одна из крепостных створок распахнулась, один за другим из ворот вырвались два верховых отряда, сразу разделившись и направившись в разные стороны.

Один, самый большой, самый мощный, поскакал к каравану, не обращая внимания на свистящие в воздухе стрелы и ревущие разряды магии. А отряд поменьше – группа из десяти игроков – направился прямиком к нам.

– Букетов не вижу, – заметил я, знаком подзывая Тирана и призывая змею. – И венков категории «Алоха».

– И буханку посоленную не видать, – согласился со мной Шепот, протягивая между пальцев сверкающую цепь. – Не с добром скачут, дети каменного трупа.

Рос, там мужики крутые. И девки крутые. Ты бы лучше за стреломет.

– Согласен, – ответил я, цепляясь за толстый кожаный ремень, свисающий с бока Колывана. – Орбит, краббера с золотой клешней еще не променял у других духоловов на миллион дешевых лазурных мышей?

– О-о-о-о… – впал в катарсис лысый эльф, схватившись за голову ладонями. – Ид-е-е-е-я-я…

– Краббера вызывай! Пора стричь золотой клешней япки золотых тамплиеров!

– Чем больше тебя знаю, Рос, тем больше поражаюсь, – признался Шепот, накидывая на плечи крайне грязные буро-зеленые лохмотья и опускаясь на колено.

Я моргнул… и фигура Шепота задрожала перед моими глазами, начала размываться.

Я моргнул… и тихушник испарился, лишь крайне небольшой и плоский холмик образовался в том месте, где только что была поросшая бурьяном ямка.

К нам скакали злобные рыцари и явно с недобрыми целями, но я не удержался и протянул ногу, желая ткнуть кочку.