Темнодружье

Его доспехи познали множество жестоких схваток – изрублены в хлам, а длинный меч больше похож на корявую пилу. Судорожно сглотнув, я вновь взглянул на темный проход, с невольным страхом ожидая очередной кошмар – и не забывая делать скриншоты. Я не остался разочарованным. В камеру вошел закутанный в черно-зеленые одеяния мертвец, на ходу поправляя капюшон, а другой рукой сдавливая пищащую крысу. Жмяк… и на пол упал одинокий извивающийся хвост. Обмерев от нехорошего ожидания, я невольно съежился и приготовился дорого продать свою жизнь – вдруг и меня захотят того – жмякнуть.

От умершего вмиг грызуна к мертвецу потянулся зелено-синий пульсирующий светящийся след. Будто комета пролетела.

– Рад снова видеть тебя, друг мой Шмыг! – голос Крутована, резонирующий и трубящий словно церковный орган, прозвучал удивительно радостно для столь мрачного склепа с ожившими мертвецами, в который превратилась его ранее столь уютная камера.

Корни дуба совершено змеиным движением подались вперед, проползли еще пару ступеней вниз.

Крутован рвался к воде.

– А я тебя, добрый друг Крутован – ответил я чуть хрипло, придя в себя и отлипнув от стены.

От женщины с черепом вместо лица донесся тихий ехидный смешок. С ее пышных пыльных волос полетели песок и труха. Я недолго любовался полетом праха. Меня больше интересовали цифры над ее головой, мрачные красные цифры – 266. Вот это уровень. Судя по искрам, мелькающим меж ее пальцев, по странной шаровой молнии крутящейся в ее рту и тусклой зеленой ауре, видимой невооруженным взглядом, это какая-то магиня.

Скорей всего боевой маг. Лич? Но уровни! У рыцарей двухсотые. У закутанного в балахон – двести двадцатый.

И еще – я помнил эту благородную леди. Мое лицо находилось в паре сантиметров от ее лица, когда я с предельной осторожностью пробирался по склепу почивающих вечным сном слуг Аньрулла. Видел я и рыцарей – но их почти не отличить друг от друга. Но эту леди я запомнил – по висящему на шейных позвонках богатому колье с алмазами и сапфирами. Моя рука так и рвалась тихонько снять дорогущую безделушку с мертвячьей шеи.

Но что-то меня удержало. И вот теперь я горячо благодарил свою осмотрительность.

– Ты уж прости, дружище Шмыг. Но блинов сегодня не будет – Крутован растянул губы в доброжелательной и даже сожалеющей, но какой-то очень уж «темной» улыбке – Сегодня мы готовим другое блюдо. Но я всегда рад тебе. Всегда – подчеркнул он улыбаясь еще раз и по моей чуткой воровской спине пробежала стая огненных муравьев.