Великий Поход. Часть 1

Куда ни ступи – под ногой либо скорпион раздавленный чавкнет, либо змея придавленная вокруг лодыжки обовьется.

Веселая здесь местность. И ни одного колодца поблизости. Воду к дому поставлял местный водовоз, представляющий собой старую тележку, нагруженную большой бочкой, которую тащил за собой изнывающий от жары спесивый ишак с плешивой шкурой. Рядом шагал сутулый дедушка, похожий на прожаренный в духовке древесный корень, с почти черной кожей, такого же цвета редкими зубами и белоснежной шевелюрой, достигающей до узких костлявых плеч.

Вода в бочке плескалась мутная, аж оранжевая от большой примеси глины, да еще и теплая до отвратности. Такой водой и растения поливать жалко, а уж пить такую водичку самому…

Вся процессия медленно двигалась к домишке с поминутными остановками – ишак начинал артачиться, костлявый дедушка приплясывал рядом, с ажиотажем нахлестывая упрямую скотину обрывком веревки и поминая всех прародителей плешивого отродья. В один из моментов, когда водовоз добирался почти до цели, из дома выскакивала закутанная в белую одежду старушка и начинала поминать лихом уже самого старика, чтоб его шайтан прибрал поскорее к себе, ведь уже какой год подряд не может он доставить воду вовремя! Нечем полить любимый цветок и нечем напоить любимую старую курицу.

Бабулька явно готовила оскорбительные речи заранее, выплевывала ругательства, как арбузные семена, вовсю насмехаясь над пытающимся отбить словесную атаку стариком. Ишак, пользуясь случаем, прикрывал глаза и погружался в дрему. Это представление длилось не меньше трех и не больше пяти минут.

Ровно столько времени у меня в запасе, чтобы пробраться в дом через заднее окно, прикрытое обрывком шкуры.

Курица! Вот цель операции!

Облезлая и почти голая трясущаяся курица, достигшая весьма преклонных лет, почти ослепшая, важно восседающая на кровати и вяло клохчущая. Куриная голова тряслась так сильно, а голые крылья вызывали такую жалость, что даже самому фанатичному любителю животных хотелось взять в руки острый топорик и разок тюкнуть по тощей шейке – дабы избавить птичку от мучений.

Вот от этого шага меня и предостерег Злоба – птичку трогать вообще нельзя! Ни в коем случае! Ибо не птичка это вовсе. А что-то вроде демона, принявшего птичью форму. Точно не знал никто. Но как-то к старушке забрался некто ради смеха и, не найдя чего спереть, решил прихватить с собой мирно сидящую на кровати курицу. Птичка вынесла вора из дома вперед ногами.