Сточные воды Альгоры

Из-под псевдо головы вытянулся тоненький жгутик и медленно потянулся ко мне, но наткнулся на стекло и бессильно замер.

Зрелище было неимоверно печальным и трогательным одновременно. И почему-то напомнило мне знаменитую сцену из древнего фильма «Титаник», где главные герои прикладывают ладони к стеклу двери.

В противовес романтическому «Титанику» в голове всплыло воспоминание о еще одном кино, как нельзя лучше соответствующем ситуации. Я вспомнил об очень старом фильме ужасов, с довольно внушительными спецэффектами для своего времени – так в том фильме, вот такой же вот «веселый» сгусток натворил таких дел… много там народу померло…

Но смайлик выглядел так печально, что мое сердце дрогнуло.

– Так… – пробормотал я, силясь придумать хоть что-нибудь умное – Так… Ладно! Слушай сюда, ужас моего подсознания – из-за тебя у меня теперь гарантированно будут ночные кошмары, но так уж и быть – я тебя отпущу! И ты быстренько уполз… утечешь в свою норку или еще куда. Куда хочешь туда и утекай – только подальше от меня и чтобы никаких драк.

А если потом кого-нибудь сожрешь – твое дело. Только никому не говори, что это я тебя отпустил. Ладушки?

Сгусток-смайлик мои слова проигнорировал, продолжая вяло тыкать в стекло ложноножкой.

Глубоко надеясь, что обуявшая мое сердце жалость не выйдет мне боком, я щелкнул металлическим запором и поднял стеклянную крышку. После чего быстро опустил банку на камень и поспешно отступил в сторону. Красный сгусток этот торжественный день «открытых дверей» не пропустил и обрадованно потянулся вверх – так медленно и неуклюже, что любая черепаха на его фоне казалась бы олимпийским чемпионом по спринту.

Ложноножка дотянулась до края банки, зацепилась, сгусток потянулся следом, подтягивая себя вверх. Оторвался от дна… и шлепнулся обратно. Потерявший свой прежний вид смайлик стал совсем грустным, если не сказать горестным. И опять все заново – красная жижа постепенно собирается и горбится в небольшой холмик, ложноножка неимоверно медленно тянется вверх…

– Ну ты, даешь, кисель – пробормотал я, глядя за потугами натужно «горбящегося» сгустка – Тебя что, из тормозной жидкости сварили?

Осторожно вытянув руку, я ухватил банку за горлышко и, наклонив, положил ее боком и скомандовал:

– Вытекай, горбатый!

Бояться неизвестного мне существа я уже практически перестал.

И поэтому рискнул на минуту отвлечься и подбросить в начавший было затухать костер следующую порцию мелкого древесного мусора, успевшего неплохо подсохнуть.