Миртаит из Трапезунда

Резная мебель: столы, стулья, кресла, сундуки и огромный диван, утопающий во множестве подушек разных форм и размеров, были инкрустированы драгоценными металлами и редкими породами камней.

Только теперь ко мне пришло осознание того, что я нахожусь на женской половине дворца в покоях ромейской принцессы и, судя по всему, тайно. Невольно я вздрогнул. Я не был евнухом и становиться им в случае, если меня здесь обнаружат, не собирался. Словно загнанный в ловушку зверь, я начал прислушиваться к каждому звуку, нервно теребя рукав своей одежды.

Вдруг на пол упала бусина, пришитая к рукаву моей туники, а за ней – еще одна. Обе бусины ударились о мраморный пол, издали приглушенный, надтреснутый звук и закатились под большой, окованный серебром сундук, стоящий на высоких резных ножках справа от меня. Недолго думая, я нырнул вниз, и в момент, когда было почти дотянулся до самой крупной из бусин, до меня донеслись чуть слышные шаги и негромкие голоса. Не желая обнаружить себя в месте, где меня ни при каких обстоятельствах быть не должно, я быстро перевернулся на бок и отполз за ширму, которая стояла в двух шагах от злосчастного сундука.

Я замер. Мое сердце бешено колотилось.

Ровный голос кого-то из слуг принцессы, может быть, даже евнуха, судьбы которого я так жаждал избежать, становился все более громким, и я сумел расслышать последние, произнесенные им слова:

– Господа, соблаговолите ожидать в гостевой комнате. Ее Высочество милостиво приняла вашу нижайшую просьбу об аудиенции и скоро выйдет к вам.

Услышав звук удаляющихся шагов, я осторожно выглянул из своего укрытия. Двое мужчин, одетые в длинные кафтаны черного и темно-синего цвета, стояли ко мне спиной. Тот, что был в черном одеянии, держал в руках красивую серебряную шкатулку, которую, как только слуга принцессы удалился из комнаты, он положил на маленький стол возле себя. Бережно откинув крышку, мужчина достал чашу, которая показалась мне не иначе как истинным произведением искусства.

Чаша напоминала кубок или даже церковный потир[40 - Потир – глубокая чаша с длинной ножкой и круглым основанием, зачастую сделанная из золота или серебра.

], используемый священниками при совершении таинства евхаристии[41 - Евхаристия – церемония церковного причащения.]. Чаша была сделана из чистого золота, украшена изящной филигранью[42 - Филигрань – ювелирная техника, использующая ажурный или напаянный на металлический фон узор из тонкой золотой, серебряной проволоки.