Испанские страсти Скарлетт

Скарлетт понятия не имела, как Хавьеро отреагирует на ее беременность. Она и сама не ожидала, что одна страстная близость может изменить ее жизнь! К тому времени, когда беременность подтвердилась, она не только отчаянно хотела этого ребенка – она находила в этом романтическое равновесие: на одной чаше весов Хавьеро, на другой – ребенок.

Совсем по-другому это виделось Нико. Он был суровым человеком. Истинный кошмар для подчиненных.

Однако разногласия между ними были чрезвычайно редки, потому что прежде Скарлетт всегда безоговорочно исполняла его приказы.

– Ты действовала за моей спиной, – укорил он ее на этот раз.

– Я сказала им, что ты умираешь, потому что они имеют право это знать.

Она приняла такое решение, несмотря на то что Нико злился на нее за это.

Удивительно, но, дав отпор, Скарлетт заслужила его уважение, доказав, что она достаточно жесткий человек, чтобы доверить ей контроль над своими владениями. Он добавил ее будущего ребенка в свое завещание, гарантируя, что ребенок Хавьеро унаследует половину его состояния, от которого сам Хавьеро отказался.

Нет, как бы ни меняла жизнь эта беременность, она не жалела об этом.

Скарлетт погладила себя по животу, взволнованная приближающейся встречей с ним или с ней.

Просто… лучше бы не сегодня!

Но где же Киара?

Ее размышления прервались. Боль в пояснице становилось все настойчивее. Спазм скрутил живот.

Схватка?

Ну да. Конечно, именно это и происходило! Скарлетт в отчаянии чуть не стукнула кулаком по стене.

Но о чем она думала? Что все равно пойдет на эту встречу, абсолютно голая под юбкой, чтобы посмотреть в глаза отцу своего ребенка и признаться…

Скарлетт закрыла лицо руками и подавила всхлип.

Открылась входная дверь. Она подняла голову, испытывая облегчение, и уже хотела подать голос, однако поняла, что человек, которого видит сквозь щель в двери, не имеет ни пышной фигуры Киары, ни ее кудрявых черных волос.

О, боже милостивый! Эта стройная женщина в костюме цвета слоновой кости – Палома Родригес, мать Хавьеро.

Скарлетт никогда не ругалась, но сейчас запрокинула голову и одними губами послала поток грязных слов в потолок. Она снова написала Киаре, но, похоже, та отключила телефон на время встречи.

Мать Хавьеро приглаживала волосы, поправляла макияж, бессознательно демонстрируя, как важно для нее казаться безупречной присутствующим в этом зале совещаний, особенно ее сопернице по привязанности покойного.