Научи верить в любовь

Поппи резко вышла из оцепенения и оглянулась, чтобы убедиться, что калитка в кухню закрыта. Все ящики и шкафы были заперты, кроме того, где хранилась пластиковая посуда. Миски для смешивания были излюбленным местом, когда их вытаскивали и укладывали в гнезда, наполняли игрушками и мерными чашками, а затем без церемоний выбрасывали. Поппи прошла мимо сидящей бабушки к входной двери.

Поппи взглянула в окно и увидела темно-коричневую летную куртку, надетую поверх черных джинсов, но она знала эту голову, эту спину с широкими плечами, этот зад и длинные ноги.

Его приезд был похож на удар под дых.

Рико постучал.

– Поппи? – подсказала бабушка, озадаченная ее поведением.

Кровь кипела, сердце бешено колотилось, но Поппи открыла дверь.

Вся сила его уверенности в себе пронзила ее насквозь. Жесткий угол подбородка, суровый изгиб рта, широкие плечи, длинные ноги и руки, сжатые в кулаки ладони.

Поппи вздернула подбородок и сделала вид, что ее сердце не бьется в груди, как торнадо в прериях.

– Могу я вам чем-нибудь помочь? – спросила она точно так же, как если бы он был совершенно незнакомым человеком.

Его рука потянулась к дверному косяку.

– Неужели? – спросил Рико с усмешкой.

– Кто там, Поппи? – спросила ее бабушка.

Он слегка напрягся, словно удивляясь, что она не одна. Затем он презрительно скривил губы, ожидая, не солжет ли она.

Поппи сглотнула, все ее тело гудело, но она выдержала его взгляд сквозь непроницаемые очки и сказала уверенно:

– Мужчина, о котором я тебе рассказывала.

Из Испании.

Бросать ему вызов было неразумно. Поппи знала это по ощущению угрозы в животе, но за последние два года ей пришлось чертовски быстро повзрослеть. Она не была наивной путешественницей, поддавшейся обаянию очаровашки, оказавшейся воровкой, или даже горничной со звездными глазами, которая подтолкнула распутного плейбоя соблазнить ее.

Она была взрослой женщиной, которая научилась смотреть в лицо своим проблемам.

– Да?

Тон бабули выдал всю игру одним шепотом.

За ее любопытством скрывалось беспокойство. Понимание. Этот возглас не был похож на беззаботное «Разве не здорово, что твой друг появился». Скорее на встревоженное «Почему он здесь?».

Прятаться было некуда. Поппи, возможно, и не могла читать по глазам этого человека, но она понимала язык его тела. Он здесь не для того, чтобы задавать вопросы. Он здесь для того, чтобы противостоять ей.

Потому что он знал, что она родила от него ребенка.