Падший демон. Высшая раса

Все же разгром – дело побочное, главная цель полукровок, как уже давно уяснил для себя Толгрид, – увести как можно больше людей. Живых людей. А не оставить позади себя поле мертвецов.

Вскоре подоспели остальные челны отряда. После недавнего инцидента Толгрид позволил Наргху передвигаться наравне с другими: верхом на лошади и с оружием в руках. Но Змею была уготована не лучшая роль. Он был крепко привязан к лошади и плотно окутан цепями из черной стали. Для пущей безопасности на голову ему нацепили шлем из того же металла, поэтому почти все время лакхаи пребывал в полудреме.

– Совсем озверели, твари, – со злобой выплюнул Шолд, медленно приблизившись к командиру. Голубые глаза на его смуглом, черством от постоянных ветров лице негодующе блестели.

– Налет далеко не первый и, боюсь, не последний, – прохрипел Толгрид.

– На работу кишранов похоже.

– Хелга думает, что тут руку приложили акхаши или шумартхи.

– Да что он понимает, – проворчал Шолд. – Тут много чего сожжено, а огнем обычно кишраны пользуются.

К тому же шумартхи действуют менее жестоко.

– Не скажи, Шолд, – покачал головой командир. – Я лично видел, как шумартх плевался пламенем. И как на моих глазах оторвал голову одному крестьянину. Все полукровки кроме гихронов умеют колдовать. И жестоко убивать.

– Тут ты прав, – признал Шолд. – Наверное, только тхаширы хоть как-то отличаются от остальных. Хотя и они те еще твари. – Толгрид скосил взгляд на стиснутые в кулаки руки Шолда – кожа перчаток так и скрипела под сжатием сильных ладоней.

 – Когда-нибудь настанет день, когда мы скосим всех этих демонических гадов. Всех.

Командир вздохнул. Он разделял чувства спутника. С Шолдом он повстречался восемь лед назад, и нельзя сказать, что их знакомство было обычным. Тогда у Толгрида не было своего отряда. Он и еще несколько десятков Лесных Волков промышляли охотой на вольных полукровок, по той или иной причине отколовшихся от основной стаи. Тогда у них не было черной стали, приходилось орудовать обычным железом.

Однажды они набрели на разграбленную ферму и застали во дворе скотобойни полуголого мужика, рьяно добивающего полудемона. Это был Шолд. Он рубил мясницким топором изуродованный труп кишрана и жутко сквернословил. Сначала Толгрид подумал, что тот лишился рассудка – такое нередко встречалось среди выживших после налета. Но потом, когда мужик успокоился и все рассказал (правда, отрывисто и глотая от возбуждения и гнева слова), Толгриду все более менее стало ясно.