Котик Бу-Бу

Не проходите мимо, граждане, даже если страшно и не очень хочется.

Попятившись речным раком назад, Егор, развернувшись на пятках словно танк, с раскачки двинулся под арку.

– Шлюха, я тебе нос отрежу, – шипела с явным акцентом темнота слева.

– Ой, ой отпустите меня, – просило светлое пятно по центру, окружённое зловещими тенями.

Тень, что дёргалась справа, ничего не говорила, усердно пыхтела, выламывая девице суставы локтевых сгибов. Чем ближе подходил Егор, тем яснее становилась мизансцена происходящий трагедии заурядного полового насилия.

Двое разгорячённых типов с темными лицами исчадий ада тянули пойманную ими жертву к лестнице, ведущий в подвал и к надругательству. Девушка выглядела в их клешнях Дюймовочкой, схваченной не то крысами, не то скорпионами.

– Здравствуйте… – проявил, не понятно зачем, едкую ироничную вежливость Егор.

Своего он добился, на него обратили внимание. Вступать в дальнейшие пререкания с разгорячёнными близким сексом с кровью, озабоченными личностями смысла не имело.

Егор с лёту сунул прямой левому обормоту, попав точно в небритый подбородок. Насильник отвалился от девушки словно сытая пиявка, насосавшаяся горячей кровушки. С его говорливым товарищем пришлось повозиться: он ничего не понял, полез вперёд с размахайкой. Успокоили его гормональный порыв два крюка в голову и два по корпусу. Особенно разрушительным вышел левый боковой пришедшийся под рёбра. Печень заорала: «Мама!», – бес долой с копыт и скрутился в стонущую запятую.

– Вставайте, девушка.

Не бойтесь.

Егор, разрядившись оправданной агрессией, проявлял благородство, внутренне любуясь собой. Спесь никогда не идёт выздоравливающему от помутнения рассудка пациенту на пользу. Сладенькая пилюля самолюбования встала колом. Подавая руку сидящей на бордюре девушке, он расслабился. Легкий шорох за спиной герой услышал слишком поздно. Оборачиваясь, Егор получил удар. Нож вошёл ему в левую сторону грудной клетки, под сосок. Первый бес, оклемавшись, насадил Егора на пику, как кусок мяса на шампур.

Совершив не первую в своей жизни подлость, бес ускакал. Его дружок уполз за ним.

– Эй, ты в порядке? – спросила Егора девушка, нагнувшись к нему.

Спросила и мышкой шмыгнула на улицу, под свет фонарей, лишь каблучки застучали, быстро удаляясь в неизвестность. Егор остался один. Впрочем, он к такому состоянию начал привыкать. Отвечать за себя и не быть обузой для окружающих. Вставал он с трудом, будто пьяный.

До дома Фимы Егор добирался целый час.