Сказки из кошмарного сундучка

Некоторые, которых выбирали, как самых предприимчивых вроде, куда-то вели народы, звали за собой, но спрогнозировать последствия своих поступков дальше, чем на год-два, не могли.

Особенно уфолян расстраивало насилие: всякий раз, когда шла про него речь, – а этой темы в людских делах приходилось касаться часто, – они начинали мацкать свои боковые груши. Сергей Сергеевич узнал, что так они приходили в норму. В этих естественных биологических резервуарах содержались скопления клеток, производящих всякие нужные их организмам вещества.

Немного успокоения, немного сосредоточения, – и ясный взгляд на вещи обеспечен.

Микробы, копошащиеся в заразной лепёхе навоза – вот как выглядели люди для уфолян, и Сергей Сергеевич не был для них исключением. Его не собирались вскрывать, облучать или нагружать датчиками, уфоляне изучали его посредством объединения сознаний, хотя им давался такой процесс с трудом. Люди не далеко ушли от представителей местной плотоядной фауны.

У пришельцев, на их планете, любое животное превосходило человека по разумности поведения и в чистоте. Уфолянские животные тоже жили за счёт энергии, получаемой от солнца, звёзд, вселенной.

Человек загрязнял себя и всё вокруг, да он особо и не отличался от его ближайших родственников – обезьян. Его гордость – техника, была самым настоящим опасным хламом, производимым на варварских принципах примитивной одномерной физики-механики-химии, а не на биологии тонких тел, как следовало бы для того, чтобы не нарушать гармонию мира.

И самые лучшие из них тоже постоянно генерировали фекалии. Идеальная питательная среда для болезнетворных бактерий.

Жизнь на Земле показалась уфолянам лишённой всякого смысла, и это ощущение передалось Сергей Сергеевичу в полной мере. А книги? Детёнышей сгоняли в отдельные, всегда вонючие строения, чтобы через силу пичкать мудростью предков, никак не развивая способности к самостоятельному изучению законов природы и развитию самого важного у разумного существа – творческого начала.

Детей наполняли чужими мёртвыми мыслями, глубоко ранящими их души, не дающими им дышать полной грудью, и всё время пичкали грубой материальной пищей. Инопланетяне не понимали, почему люди не могли договориться ни по одному сколько-нибудь важному вопросу; уфоляне даже не понимали, зачем вообще надо было договариваться.

Рождение – боль, жизнь – страдание, смерть – тьма.