Моя Родина – Смерть

Стан впервые в жизни осознал, что помимо ненависти на свете существует и самопожертвование. Выражения – "Жертвенная дружба" – он не знал, но теперь вполне усвоил его значение.

Блох, встав, снял шлем, положил руку на плечо Стану и произнёс:

– Ты достоин большего. Тебя, Стан, ждёт другой мир. Захочешь, вернёшься назад. Но мне почему-то кажется, что ты найдёшь там себе много дел. Тебе понравится у нас, поверь.

– Пошли? – кивком выразив согласие с предложением, предложил Блох.

Блох надел шлем, посмотрел на встроенный в рукав доспеха таймер и проговорил:

– До открытия окна осталось сорок шесть часов.

Ты прав, здесь оставаться не безопасно. Окрестности кишат слугами колдуна. А погибнуть сейчас, после победы, будет глупо.

Вдвоём, без дальнейших приключений, не встретив никого на своём пути, они спустились в долину. Там Блох установил антенну, и в назначенный срок жахнуло – окно открылось и он, потеряв за десять дней четверых братьев и приобретя одного, но зато самого настоящего друга, возвратился вместе с ним домой.

Глава 13

Эскадра боевых и транспортных кораблей подходила к планете сплошных подземелий – Слизегон. Кар Кер сидел в рубке флагманского крейсера и вспоминал своё прошлое. Детство в бетонных коридорах бомбоубежища на его родной планете, обгоревшей в ядерном апокалипсисе как головка спички. Юность, жестокие драки с одногодками, мечты, стремления и те три дня перед инициацией, что изменили его жизнь. Он всегда знал, что не такой как все, что отличается от них.

Он даже внешне не был похож на чахлых, бледных, как черви альбиносы, сверстников. Кряжистый, как дуб, плотно сбитый, выше большинства его сородичей, одно слово – "Железный", ведь такая кличка за ним закрепилась с детства. Его боялась молодежь и уважали взрослые. До настоящей, как он тогда думал, жизни оставалось сделать всего один шаг.

– Кар? А Кар? Ты меня слышишь? – спрашивала лежащая рядом с ним и прижавшаяся к нему всем телом юная девушка. Она была тоненькая как тростинка; через бледную кожу просвечивали голубые, трепещущие жилки.

Она легонько тормошила Кара за плечо и старалась заглянуть ему в лицо. – Не спи. Скажи мне.

– Ну чего? Дай подремать минутку.

– Ты меня любишь?

– Чего? Отстань, Има. Ты и так это знаешь.

– Нет, ты скажи. Чего тебе стоит?

– Люблю, конечно, – Кер открыл потеплевшие от искреннего первого чувства глаза, приобнял её за плечи и поцеловал Име веки. – Люблю.

– Я боюсь за тебя.