Высшая мера

Имя это тёплой волной растекалось по груди, заставляя меня пунцоветь до состояния самого настоящего помидора с грядки, то бледнеть, как будто съел, что-то не то…

– А как дело обстоит с политическими преступлениями?– будто бы случайно, мимоходом поинтересовался Коноваленко, когда мы уже были неподалёку от ГосПрома.

– Работаем, ищем… пожал плечами я, стараясь обойти неприятную тему. Обстановка в городе была нервная по этому поводу. Лишний раз теперь люди на улицах боялись слово сказать, а ночью когда темнело, с тревогой вслушивались в шум проезжающих мимо автомобилей.

Не за ними ли? И с облегчением вздыхали, когда стучались в соседнюю дверь их большой коммунальной квартиры. Я такой «охоты на ведьм» не понимал и не принимал. Тема эта была мне неприятна, но не объяснишь жевсе сразу вновь прибывшему из самой Москвы твоему начальнику?

– Я слышал, что даже под следствием оказалась жена вашего бывшего руководителя товарища Мазо?– с лёгкой небрежностью в голосе поинтересовался Коноваленко.

– Валерия Львовна, если не ошибаюсь? Мол…именно из-за этого Соломон Савельевич и из жизни ушёл добровольно, оставив более чем провокационное посмертное письмо?

Ага…щупает меня, гад! Решил я, изобразив на лице одну из самых своих обаятельных улыбок.

– Товарищ Мазо был коммунистом и просто хорошим человеком,– пояснил я,– увы, это все, что я знаю о нем. Меня до задушевных бесед с комиссаром третьего ранга не допускали. Все больше на полевой работе.

А как там…Почему…Это вам лучше с Секретарём поговорить…

– Секретарём?– нахмурился Коноваленко.

– Виноват…Капитан госбезопасности Власенко.

– Это кто?

– Личный адъютант товарища Мазо. Они вместе были ещё со времён Гражданской войны, вместе в Харькове пролетариат поднимали, потом с махновщиной боролись…Он, когда нашёл труп Соломон Савельевича в кабинете, так убивался, будто по родному.

– А почему секретарь?– поинтересовался Коноваленко.

– Да…Это мы его так прозвали! Ведь, будто тень, за Мазо ходил! Его и сам товарищ комиссар порой так называл.

Вот и прижилось!

– «Секретарь» значит… – задумчиво пробормотал новый начальник, уставившись отстраненным взглядом куда-то в окно, где обгоняя друг друга по старой брусчатке, мчалась ватажка пацанят школьников.

– Так точно!

– А далеко ли от управления моё новое жилье?– повернулся он снова ко мне, сверля настойчивым взглядом исподлобья.