Высшая мера

– Спасибо за заботу, Нестор Петрович,– кивнул Коноваленко, поморщившись, прекрасно понимая намек своего личного секретаря, но не подав при этом вида,-как изведем всех преступников и врагов революции, так и отдохнем.

Начальник управления харьковского НКВД медленно вышел из кабинета, наградив Секретаря долгим пронзительным взглядом, который так же был понят именно так, как должно…Мол, мы тоже не лыком шиты, тоже все понимаем…Когда дверь за начальником закрылась, Власенко позволил себе расслабиться. Заискивающая улыбка медленно сползла у него с лица, как весенний тающий снег со стылой земли.

– Ссука…– прошептал зло в пустоту Нестор Петрович, чувствуя, как ненависть к этому человеку растекается у него по груди горячей волной гнева. Коноваленко был очень опасным противником, которого стоило опасаться, в отличие от Мазо, который ему безгранично доверял и которого можно было легко провести на мякине.

Власенко взял трубку, набрав короткий номер отдела негласного наблюдения. Совсем недавно его начальник капитан третьего ранга госбезопасности Пуцко попал в очень неприятную ситуацию с валютными операциями.

Все вскрылось, до суда чести он мог не дожить, в НКВД короткий разговор с пятнающими ее честь офицерами, но власти всемогущего Секретаря хватило, чтобы не только замять это дело, но и сохранить за Пуцко его погоны и пост. Он был ему обязан жизнью, а значит, готов выполнить любое поручение Нестора Петровича. Именно этим он и решил воспользоваться.

– На проводе, Пуцко!– после пары длинных гудков капитан отозвался на том конце провода.

– Это Власенко…

– Да, Нестор Петрович.

– В Москве обеспокоены тем, как устроился на новом месте товарищ Коноваленко. Мне только что пришло распоряжение из наркомата проверить нравится ли ему город, нет ли никаких проблем у нашего нового начальника, бытовых, семейных, рабочих…Мало ли что? Человек он новый, с тонкой душевной организацией, первому встречному жаловаться на жизнь не будет… А помочь товарищу в процессе адаптации мы обязаны, как вы считаете, товарищ капитан?

На том конце провода установилось гробовое молчание.

Пуцко реально оценивал, чем ему грозит просьба всесильного Секретаря, если негласное наблюдение провалится и все вскроется. Тогда точно придется только лишь стреляться в своем собственном кабинете, следуя примеру Мазо.

– Я…

– Вы, товарищ Пуцко, человек надежный проверенный,– торопливо, не давая опомниться, заговорил Власенко,– сами попадали в разные ситуации неприятные.