Колея к ржавому солнцу

Те, что остались, ломят такие ценники…

– Слушаешь джаз?

– Не только, – пожала плечами Инга. – Я много чего слушаю… Да это и не джаз. «Jaga Jazzist» называются. Современные норвежские ребята, никакой архаики вроде Армстронга, прости, если святотатствую.

– Все нормально, я джаз слушаю, только когда сосед «Эрмитаж» включает. У нас в «панельке» такая слышимость… Все боюсь, что он своего сына учиться играть на трубе отдаст.

Инга провела ладонью по лицу, вытирая со лба и щек капли дождя.

– Прекрасная погодка, не правда ли?

– Ну да.

– Ты на этой экскурсии? – девушка прищурилась и показала рукой за спину Троцкого. – Которая у церкви? – она засмеялась, одновременно прикусывая нижнюю губу.

Троцкий, с трудом вырвавшись из капканов ее голубых глаз, поежился от показавшегося ему обидным смеха:

– Да. А что, не надо было?

– Как тебе сказать?.. – она пожала плечами и вдруг предложила. – Хочешь, я сама покажу тебе город? Была уже тут, наверное, тысячу раз.

– Ты сейчас даешь мне понять, что я лох?

– Ну… – смеясь, протянула Инга и дотронулась рукой до его руки. – Во всяком случае, у тебя еще есть шанс все исправить. Так что?.. Если у меня не будет причины гулять под дождем, весь день проведу в магазинах, а у меня денег мало… Спасай меня и мой кошелек! Тебе что-то нужно из автобуса забрать?

– Нет, я налегке, документы с собой.

– Тогда идем мокнуть, да?

Посеревший от затяжного дождя Хельсинки оживал лишь от ярких курток афрофиннов на привокзальной площади и у торговых центров, и в парке, где стволы деревьев были обмотаны разноцветными связанными из шерсти муфтами, застегивающимися на гигантские, с ладонь, пуговицы. Инга назвала это непонятным словом «ярнбомбинг». Спрятавшись на время в газетном киоске у парка, они обсыхали и пили из картонных стаканов купленный тут же вкусный кофе.

– Куда теперь? – спросил Троцкий.

– Я думала сделать кружок мимо Эроттая по Эспланаде – и в Хаканиеми. Там отдохнуть.

– Эроттая – это что? Звучит, во всяком случае, эротично…

Инга хитро улыбнулась.

– Ничего такого, о чем ты подумал. Просто небольшая площадь, «нулевой километр» Хельсинки.

Неся пакет с пластинками по очереди, они, окончательно промокнув и замерзнув, догуляли до Хаканиеми, района на отшибе без особых достопримечательностей.