Кредитка

Не торопясь, он зацепил вилкой кусок селедки, закусил и, выдохнув, произнес:

– Что ж, гадость, конечно, но ничего не попишешь, традиции надо соблюдать – рождение и похороны «сухими» быть не должны! Никто не желает оскоромиться? Нет, ну хозяева-баре!

Вернув флакон на место, Виктор аккуратно прикрыл дверцу и с улыбкой повернулся к начинавшим приходить в себя гостям. Желаемый эффект, кажется, был достигнут – он стал-таки центром всеобщего внимания. И вот тут на сцену выступил общепризнанный классный шут, острослов и егоза Илья, носящий короткую, но звучную украинскую фамилию Шило.

По понятным причинам школьного прозвища Илья носить удовольствия не получил, точнее, благодаря его предусмотрительным предкам оно полностью соответствовало фамилии, хотя сам он развешивал кликухи направо и налево, получая от этого, видимо, моральное удовлетворение. Исходя из авторитетного мнения завуча школы и по совместительству преподавателя некоторых предметов в старших классах Ларисы Ивановны, именно этот портняжно-скорняжный инструмент, название которого в паспорте Ильи гордо занимало место в графе «фамилия» торчал у него из «одного места».

Со своей неизменной плутоватой ухмылкой Илья приблизился к Виктору и, панибратски хлопнув его по плечу, приобнял и объявил, обращаясь к одноклассной аудитории, привычно уже ожидавшей очередной шиловской хохмы:

– Дамы и господа! Разрешите представить вам известного на весь мир поглотителя парфюмированных напитков Витю Бурбона!

– Почему Бурбон? – ничуть не обидевшись и даже заинтересовавшись ходом мыслей Шилы, спросил Виктор.

Ожидавший, видимо, этого вопроса, Илья немедля ни секунды приступил к демонстрации фактов, подтверждающих его умозаключение.

Растолкав ребят, столпившихся у «Грюндига» и выбрав нужную кассету из рядом стоящей стопки, вставил ее в кассетоприемник, немного поколдовал с перемоткой, после чего с видом иллюзиониста, достающего кролика из цилиндра, нажал клавишу «Play». Из динамиков зазвучал знакомый всем присутствующим проникновенный голос земляка-свердловчанина Вячеслава Бутусова: «…Ален Делон, Ален Делон не пьет одеколон.

После недолгого переваривания полученной от Бутусова информации и сопоставления ее с Витькиным поступком, до гостей постепенно начал доходить смысл Шиловской шутки, и поначалу робкие разрозненные смешки, в соответствии с индивидуальной скоростью восприятия усилились и слились воедино.