Обратная сторона жизни. Книга первая

– Сколько можно спорить?! А?! Скажи мне?! Что вы за порода такая?! Откуда только беретесь?! – черт налился злобой, что явно отразилось на вспыхнувших оранжевым пламенем глазах и размашисто поцокал к столу с инструментом, где подхватил длинный тонкий нож. – Молчать! Молчать! Молчать! Сколько можно пререкаться! – его лапища крепко ухватила левую руку и принялась втыкать в нее пыточный инструмент. – Ненавижу, когда спорят! Как ты не можешь понять! Как! – удар. – Не можешь! – удар.

 – Понять! – удар. – На! – удар. – До! – удар. – Е! – удар. – Ло! – удар.

А парень выл и дергался исхудавшим телом, крепко зафиксированным ржавыми кандалами. Обгорелый рот, беспалая рука, сочащиеся кровью срезы на месте пальцев и новая не пытка, нет… Элементарное вымещение злобы и ненависти, без каких-либо изысков. Бессмысленное уродование отличного, но избалованного дурными привычками тела.

Анатон тяжело дыша, оторвался от продырявленной во множестве мест, бьющей ручейками крови руки и откинул окровавленное лезвие, с немелодичным звяканьем покатившееся по неровному каменному полу.

Парень же орал на всю жарко-натопленную комнатушку, напугав даже пламя, уже не так весело прыгающее по стенам. Его рука превратилась в отвратительное месиво, без целых мышц и сухожилий и с пробитыми во множестве мест венами, обильно сочащимися кровью.

– Утомил ты меня! – демон вдруг встревожено посмотрел на затихшего юношу, лицо которого серело с каждой секундой, затем перевел взгляд на пол, где огромная лужа темно-красной жидкости подбиралась к широким, словно тарелки копытам и с силой хлопнул себя по лбу.

 – Не умирать! Не умирать! – он суетливо зацокал по комнате, разбрызгивая густую и чересчур материальную кровь, плещущуюся под копытами, скачущими мелкой рысью.

Буквально через несколько секунд игла восстанавливающей капельницы вошла в невидимую вену под грудной мышцей закатывающего глаза юноши, а возбужденный возможностью потери узника черт окинул помещение профессиональным взглядом.

– Как бы не забрал раствор у тебя последнюю массу… – и принял решение.

Он быстро вытащил из пачки последнюю сигарету, аккуратно положил ее на стол и принялся собирать скопившуюся в неровностях пола кровь табачной упаковкой, тут же заливая ее в распахнутый рот регенерирующего и изгибающегося от хорошей боли парня.