Легенда

– Допустим, Иван был строителем нового мира, – кивнул Олег и повторил вопрос: – Но кто вы? Наставники? Гуру? Очередные прорабы очередной перестройки общества?

– Олег Дмитриевич, моей скромной персоне вы придаете слишком большое значение. Если уж рассматривать кого-то в таком контексте, то говорить нужно только о Лужине. Один из наших предшественников заметил: «Мы все стоим на плечах титанов». Все что от нас требуется – это продолжать двигаться к цели.

– Забавно, – улыбнулся Олег. – Но вы так и не ответили на мой вопрос.

Кем мне считать вас? Может быть, мафией – людьми с обширными связями? А что, если вы переделываете мир под себя только для того, чтобы легче было воровать и обманывать? Ответьте прямо, Матвей! Скажите, наконец, правду.

– Вы ведь уже знаете ответ на этот вопрос, – сейчас Егоров смотрел на Костырева бесстрастно. – Олег Дмитриевич, мы уже живем в таком мире. В нашем мире воровать и обманывать легче, чем жить честно и жить на заработанные деньги. Рабство считают свободой, беззаконие – порядком.

А цепных псов, которые для своих хозяев охраняют этот порядок, называют вождями. Разве это не так?

– Что ж, – Олег сделал несколько пометок в блокноте. – Рассчитывать на полную откровенность я не могу. Но насколько я понимаю, в данном случае вы проявляете лояльность к системе, то есть к порядку вещей. Если оперировать вашими терминами. Как бы там ни было, но в вашем понимании я – инструмент этой системы.

– Да, это так, – кивнул Егоров. – Олег Дмитриевич, вы – тонкий и весьма опасный в употреблении инструмент.

Вводить вас в заблуждение чревато последствиями!

– И чего же вы ждете от меня?

– Единственной возможной в данных обстоятельствах вещи – понимания. Никита Яковлевич потерял близкого человека. К Ивану он относился как к родному сыну. А общество потеряло талантливого и трудолюбивого человека. Я немного отвлекусь, чтобы внести некоторую ясность. Иван Лазарев безо всяких сомнений был способным, одаренным человеком, – Егоров на мгновение задумался и продолжил: – Способность – свойство врожденное.

Человек может делать что-то очень хорошо, даже исключительно, или не сможет сделать этого никогда. Другое дело – навык, мастерство. Но и то и другое теряет смысл без возможности применения. Иногда невозможно отличить способность от навыка. Настолько тонким может быть различие. Олег Дмитриевич, после череды темных эпох у нас появилась исключительная возможность изменить мир к лучшему.