Карфаген 2020. Полигон

 – Он, как и лидер, мощный, сильнее любого из нас, но очень медленный. Зато если попадет кулаком по башке, это гарантированный нокаут. Его тоже желательно связать боем, а не пытаться вырубить.

– Интересно, ногами этот мохнатый работает? – Лекс задумчиво потирает подбородок.

– Да, но его сила в руках.

– Я его беру, – вызывается борец.

– Принято. – Рисую араба напротив мохнатого. – Остаются два африканца. Лысый и с дредами. Лысый – ударник, предположительно боксер. Силой он равен Лексу, в остальном уступает.

– В остальном – это в чем? – интересуется долго молчавший азиат Дан. – И как ты определяешь, кто на что способен?

Как же здорово, что я изучал физиологию, когда прокачивал единоборства, да и вообще любил книги: теперь мне есть чем оправдаться перед камерами.

– По внешнему виду, который определяет генетика. У людей с разной предрасположенностью разное строение скелета и мышечной ткани. Спринтеры невысокие и квадратные, стайеры высокие и тонкие в кости.

– Лысый мой, – потирает руки Лекс. – Вырублю его и кому-то помогу.

Делаю пометку и говорю притопывающей Надане:

– Твой – дредистый. Задача – сдерживание. Не подставляйся. Поняла меня? Не геройствуй.

Женщина не отличается большим умом, но и она догадывается, что новым членам команды необязательно знать о ее травме, и кивает. Лекс тоже молчит.

– Не понял, – борец вертит башкой, щурясь, подходит к Надане, осматривает ее с ног до головы, протирает глаза.

– Я-то мужик, а ты? – Она отвечает на взгляд, набычивается.

– Прекратить! – рявкаю я, не особо рассчитывая, что араб послушается, но ошибаюсь, он поднимает руки.

– Да пох, лишь бы боец был хороший.

Азиат тоже интеллектуал, и он не оспаривает сложившуюся иерархию, но вопрос задает интересный, правда, не вселяющий оптимизма.

– План, конечно, хорош.

– Хреново будет, – соглашаюсь я. – Главное не забывайте, что важнее всего кого-то из них вырубить, чтобы они остались в меньшинстве. Желательно – блондина как слабое звено. А для того, чтоб такого не случилось, нам надо атаковать первыми. По моему сигналу. Потому что если кого-то потеряем мы, то вероятность победы очень мала.

– Будем надеяться, что все получится, – говорит Лекс.