Право на жизнь

Чуть больше двухсот метров – по классификации армейского снайпера расстояние близкое[6 - Короткими считаются расстояния до 200 метров, близкими – до 600, средними – до 1000, а дальними – до 2000 метров. Реальные дистанции снайперской стрельбы – до 1200 метров.]. А потому – нет необходимости рассчитывать упреждение, поправку на ветер, можно забыть о так и не давшихся снайперских баллистических таблицах… И что самое главное – новый ствол, увеличив дальность прямого выстрела, позволял на этом расстоянии забыть и о гравитации.

Он и забыл, уйдя целиком в круговерть боя. Стрелял как в тире, укладывая каждой пулей по одному переростку. Выстрел – труп, выстрел – труп, выстрел – труп. Силуэты в прицеле давно уже перестали быть для него живыми существами – это была цель, которую необходимо было уничтожить. Или ты – или тебя, третьего не дано.

Третья цепь прожила всего с полминуты. Половину скосил БТР, продолжающий выписывать кренделя по местности, остальных свалили бойцы бригады. Данил, только что сменивший первый магазин, был твердо уверен, что, по крайней мере, семеро из этой цепи – его.

Пауки, сосредоточившие свои удары на целях спереди, так и не заметили, что с правого фланга колонны их косит бесшумная, невидимая смерть.

Из тумана показалась четвертая и, сразу же, – пятая цепь. Переростки тут же залегли, начали расползаться в стороны; темными глыбами выдвинулись крестовики… Хоботки их изогнулись, тычась в пасти, и, выпрямившись практически синхронно, словно катапульты, плюнули огромными белыми комьями слюны.

Они ударили куда-то в середину колонны, и один из кунгов вдруг оглушительно рванул, разбрасывая во все стороны горящие ошметки обшивки.

– Коробочка, твою мать! Куда смотришь, сука?! С флангов обходят, огонь по броне! – раздался вопль Хасана. – Мне чё, цели тебе подсвечивать, сам не видишь ни хрена?!

Отметив машинально это странное «по броне», Данил, тем не менее, не придал этим словам особого значения – не до того было в горячке боя. Один магазин он уже опустошил, расстреливал второй, и любые команды со стороны сейчас игнорировались, воспринимаясь словно досадная помеха, не имеющая никакого отношения к бою.

Однако бойцы Братства, похоже, были вымуштрованы на славу – стрелок в бэтэре опомнился, перестал выбивать мелкие цели и, подчиняясь команде, перекинул огонь на здоровенные туши крестовиков. Автоматическая пушка коротко рявкнула – и чудовище на левом фланге покачнулось, медленно проседая на ослабших внезапно лапах.