Когда устанет даже смерть

Помимо этого, у всех, прошедших процедуру стимуляции либидо, с годами развилась новая железа, способная вырабатывать сильнодействующие феромоны. На фоне этих перемен смену цвета кожи на лиловый, фиолетовый или амарантовый население восприняло довольно спокойно.

Каждый рождённый в новом мире ребёнок обладал эмпатическим даром. В результате смешанных браков уже к третьему поколению практически всё население колонии обладало и эмпатией, и способностью вырабатывать феромоны.

Это определило будущее планеты.

Обречённые на невольное сочувствие и разделение чужой боли идиллийцы быстро забыли о силовых конфликтах, агрессии и насильственных преступлениях. Да и лгать, живя среди эмпатов, оказалось затруднительно, так что криминальную сводку колонии составляли несчастные случаи да подростковые шалости.

К моменту контакта с Союзом и Доминионом на Идиллии уже не было ни армии, ни даже полиции. Общество эмпатов прочно встало на путь созидания. Ничего удивительного, что идиллийцы предпочли добровольно пойти под сильную руку Доминиона.

Метрополия, в свою очередь, в ускоренном порядке обеспечила новую колонию орбитальной защитой и расположила на поверхности Идиллии системы противокосмической обороны. С началом войны к дивизии ПКО добавилось несколько новых воинских частей, одной из которых была бригада специального назначения с репликантами.

Искусственных бойцов в силу секретности расположили в чаще тропического леса, вдалеке от населённой зоны планеты. Снабжение и ротация производились по воздуху, силами полка армейской авиации, расквартированного вблизи Эсперо, столицы Идиллии.

– Господа сержанты, – из модуля вышел Блайз и отвесил шутовской поклон. – Дозвольте простолюдину…

– Блайз, заткнись! – рассмеявшись, хором отозвались «господа сержанты».

Согласно распорядку, Блайзу полагалось до подъёма находиться в своей койке, так что его появление вне казармы было нарушением. Но группы контроля на базе не было, дворнягам было глубоко наплевать на такие пустяки, а сам Чимбик с некоторых пор закрывал глаза на мелкие нарушения.

Он молча похлопал по лавочке рядом с собой, предлагая брату садиться.

– Слушаюсь и повинуюсь, – Блайз шмякнулся на предложенное место.

Сорвав крышечку с одноразового термостакана, он с наслаждением втянул ароматный пар.

– Ты бы хотел посмотреть на местных, Блайз? – поинтересовался Стилет.

– Конечно, – расплылся в улыбке Блайз. – Особенно на девчонок.