По дорогам тьмы

Предстояла борьба не с одиночной разрозненной небольшой группой в отрыве от базы, какие часто бродили по улицам Зеленоминска и подвергались геноциду с моей стороны, а с хорошо вооруженным, технически и материально оснащенным противником.

Требовалась информация, а также обкатка идеи уничтожения поселений или нанесения им чувствительного или вовсе неприемлемого урона. И лабораторные крысы имелись. С «именем легион», потому что их много. Если все пройдет грамотно, то людоедская Система должна, просто обязана была отметить мое рвение в уничтожении себе подобных и насыпать плюшек полные карманы.

И я давно обратил внимание, что чем больше убиваешь, тем лучше награды от кураторов. Унести бы еще.

Жалел ли я, что превратил в идиота самодовольного братца главы клана и поселения Коги? Из-за чего у последнего произошло подгорание на фоне взрыва пятой точки. Нет. Поступил бы ровно так же, даже зная о подобных родственных связях.

Здесь интересовало другое – как, каким образом, мать их, эти шакалы с нервным, будто беременная баба, Такеши Кено в качестве атамана, смогли так высоко подняться? Где они добыли образцы инопланетного оборудования и оружия? Кроме всего прочего, смогли синтезировать его, а это говорило о высоком научно-техническом уровне анклава.

Даже Лорд Дарк до такого не дорос, а он был изначально ключевым элементом в разветвленной системе из нескольких поселений. Надежда тоже далеко не ушла. Но у нее уклон в биохимию.

Размышление прервал перезвон входящего сообщения. Кто там?

«Привет, Киллхантер.

Интересное предложение, учитывая, что мне эту инопланетянку уже предлагали другие люди. Поговаривали, жена это твоя или подруга. Опасались они и боялись твоего гнева, пытались сделать все тихо и тайно. Так как ты ее любишь безмерно, да и мужик резкий, шустрый и к шуткам не склонный. Не пояснишь этот момент? Что хочешь за бабу и что стало с МНС?»

Маньяк Трумен очнулся. Рано, рано ты пробудилась, собака серая. Хотя… Я был уверен, что Манилов согласится. Поэтому принялся сочинять послание, такое же гаденькое и мерзкое, вызывающее блевотные позывы, как и тип, с которым приходилось общаться.

«И правильно боялись. Я им мозги выжег, предварительно допросив. Откуда, по-твоему, узнал о гениальном скульпторе, чтобы затем поинтересоваться у Скальда: есть такой у него в Последнем рейхе или нет? Хотя, могу сказать, они тебя считали больным на всю башку. Психом, отморозком и идиотом, к людям искусства не причисляли от слова “совсем”.