Воля, кровь… и больше огня!

Рекомендуемый боеприпас – разрывные патроны. Есть такие в запасниках, сменил магазин. Самое уязвимое место – головной мозг.

Навёл перекрестье с красной точкой в центре на массивный лоб вожака, который в этот момент отчего-то обнажил белоснежные клыки, и без излишней раскачки потянул за спуск. Звук выстрела хлестнул по ушам, эхо с радостью подхватило его, потащило дальше и дальше. Череп твари будто взорвался, брызнув серо-кровавой кашей в разные стороны, пачкая всё вокруг. Само тело покатилось вниз. Оно ещё не успело достигнуть подножия горки, а бывшие подчинённые уже принялись рвать тушу зубами, с остервенением отгоняя от неё более слабых собратьев.

Удивительно, но собак не испугал грохот, их больше интересовало мясо собрата или сестры. Я ведь не определял гендерную принадлежность мутанта. Да и имелась ли она вообще?

А дальше всё прошло легко и просто, как в тире. Секунд за пятнадцать-двадцать положил всю стаю, лишь на одну вертлявую тварь истратил два патрона. Ещё полминуты, и сборщик был воткнут в тело вожака, а ближайшая плита отлетела в сторону.

Нет, сервоприводы или нечто другое, использовавшееся в наноброне для усиления, вещь просто замечательная. Хотя обошёлся бы и собственными силами, учитывая значение характеристик. Но с костюмом мне не приходилось даже думать о постепенном разборе завала, я его расшвыривал.

Ещё минута. Остановился только для того, чтобы забрать сборщик и отбить заточённой красавице: «Жди возле выхода, в стороне от двери, я уже близко.

Кроме тебя точно больше никого из живых не осталось?»

И ответ, как для идиота, даже с дефисами в последнем слове: «Точно. Ни-ко-го!»

Не знаю, интуиция это или чувство реальности работали, но я просто чувствовал, как само отпущенное время утекает, просачивается, будто вода сквозь пальцы. Ещё чуть-чуть – и песок в верхней колбе часов закончится, затем их с восторгом перевернут. Чем это грозило? Да только, мать его, тем, что «случится страшное»!

Скрежет, шуршание и какое-то невнятное царапанье слышалось теперь и мне, даже сквозь закрытую дверь и остатки завала.

Поэтому, больше ни на что не обращая внимания, даже не отправляя в сборщик тела мёртвых псин, я ломился к входу.

Освободив массивную металлическую дверь, открывающуюся наружу, дёрнул за ручку так, что лист довольно тонкого металла вылетел вместе со стальным косяком и обломками красного кирпича. Всё ясно. Изначально проём был шире, потом его подогнали под эту дешёвку.