Илион

Последний вечер всегда завершается оргией, и я подумал, что, возможно, она… впрочем, на мой вкус она была старовата.

– Но она говорила о космическом корабле? – Харман изо всех сил старался проявлять терпение.

Даэман снова развел руками:

– Кто-то… молодой человек, по виду ровесник Ханны… сетовал, что с финального факса у нас нет соньеров, чтобы на них летать. И эта… ведьма… она, вообще-то, сидела очень тихо, хотя, очевидно, тоже порядком наклюкалась… сказала, что на Земле есть и джинкеры, и соньеры, надо лишь места знать.

– Ну а корабль? – настаивал Харман.

– Она сказала, что видела его, вот и все. – Даэман поморщился и потер виски. – Около музея. Я еще поинтересовался, что такое музей, только она не ответила.

– Почему ее прозвали ведьмой? – спросила Ханна.

– Ну, это не я начал. Все так говорили, – ответил Даэман, как будто оправдываясь. – Думаю, это из-за ее слов, будто бы она не факсировала, а пришла пешком, хотя это совершенно невозможно… во всей долине нет больше ни одного узла, да и вообще ничего, а поле Планка не позволило бы туда проникнуть…

– Точно, – сказала Ханна.

– Я видел ее только в две ночи, первую и последнюю, – сказал Даэман. – Да и то она по большей части не раскрывала рта, если не считать того странного разговора.

– А как ты догадался, что она старая? – мягко спросила Ада.

– Ты имеешь в виду, не беря в расчет ее явного безумия?

– Да.

Даэман вздохнул:

– Она выглядела старой. Как если бы слишком часто наведывалась в лазарет. – Он нахмурился, припомнив, что сам только что побывал в лазарете. – Она выглядела старше всех, кого я знаю. Кажется, у нее даже были эти… борозды на лице.

– Морщины? – проговорила Ханна чуть ли не с завистью.

– Но имя ее ты не запомнил? – спросил Харман.

Даэман мотнул головой:

– Кто-то у костра обратился к ней в ту ночь по имени, но я не… Понимаете, я тоже много выпил и долго не спал…

Харман глянул на Аду, набрал в грудь воздуха и спросил:

– Случайно, не Сейви?

Даэман вскинул голову:

– Да. Думаю, да. Сейви… да, звучит похоже. Необычно.

Харман с Адой многозначительно переглянулись, и Даэман спросил:

– А что? Это важно? Вы ее знаете?

– Вечная Жидовка, – сказала Ада.