Олимп

Хокенберри не нашелся, что сказать в ответ.

Манмут пригласил его в маленькую стальную клетку лифта, и они начали спускаться палуба за палубой, мимо трюма, где, как объяснил Манмут, разместится его европеанская подлодка «Смуглая леди», и того, что моравек назвал зарядным погребом. В этом сочетании Хокенберри почудилось что-то военное, но он убедил себя, что такого не может быть, да и вообще решил оставить вопросы на потом.

Орфу с Ио встретил их в машинном отделении, которое называл отсеком больших поршней.

Хокенберри выразил радость, что видит ионийца с полным набором ног и сенсоров (хотя и без глаз), и они немного поговорили о Прусте и скорби, прежде чем экскурсия возобновилась.

– Даже не знаю, – начал наконец Хокенберри. – Вы как-то рассказывали о корабле, на котором летели с Юпитера, и я понимал, что речь о технологиях, превосходящих мое разумение. А здесь все выглядит… как будто…

Орфу громко зарокотал. Когда он заговорил, Хокенберри не в первый раз подумалось, что в голосе большого моравека звучат фальстафовские интонации.

– На твой взгляд, это, вероятно, напоминает машинное отделение «Титаника», – сказал Орфу.

– Ну да. А что, так и задумано? – Хокенберри очень старался не выставить себя еще большим невеждой, чем это было на самом деле. – Я хочу сказать, ваши моравекские технологии создавались на три тысячи лет позже «Титаника»… или даже моей смерти в начале двадцать первого века. Почему же вот это все?..

– Потому что корабль выстроен в основном по чертежам середины двадцатого столетия, – пророкотал Орфу с Ио.

 – Нашим инженерам требовалось что-нибудь быстрое и грубое, способное доставить нас на Землю как можно скорее. В данном случае примерно за пять недель.

– Однако вы с Манмутом говорили, что проскочили расстояние от Юпитера до Марса за считаные дни, – сказал Хокенберри. – Вы упоминали боровые солнечные паруса, термоядерные двигатели… много непонятных мне терминов. Тут такое есть?

– Нет, – ответил Манмут.

 – Тогда мы воспользовались энергией потоковой трубы Юпитера и линейным ускорителем на юпитерианской орбите – устройством, которое наши инженеры разрабатывали два с лишним столетия. Здесь, на марсианской орбите, ничего такого нет. Корабль пришлось строить с нуля.

– Но почему двадцатый век? – спросил Хокенберри, озираясь по сторонам.

Блестящие ведущие валы с гигантскими поршнями уходили под самый потолок, на высоту шестидесяти или семидесяти футов.